суббота, 21 января 2017 г.

История искусств. Лекция 9: Искусство Древнего Закавказья


Сложение культуры племен и народов Закавказья, живших в горных районах и долинах рек Риона, Куры и Аракса к югу от Большого Кавказского хребта, относится к древнейшим временам 3 тысячелетия до н.э. Первые следы человеческой культуры на территории Закавказья относятся к эпохе нижнего палеолита. Памятники последующего времени дают возможность выяснить глубокие местные корни искусства каждого из народов Закавказья и установить наличие тесных взаимосвязей в культуре и искусстве этих племен и народов. Важное значение для понимания развития искусства народов Закавказья имеют также его связи с передовыми культурами Передней Азии и Средиземноморья.


Первые известные нам памятники изобразительных искусств и архитектуры в Закавказье относятся к тому времени, когда человеческое общество от собирательства и охоты перешло к земледелию и скотоводству, когда появились орудия из меди и бронзы (3 - 2 тысячелетия до н.э.). Примером самых ранних архитектурных сооружений являются жилища древнего Шенгавитского поселения близ Еревана, датируемые серединой 3 тысячелетия до н.э. Круглые в плане постройки диаметром 0 - 7 м сооружались из кирпича-сырца на каменном основании, пол был вымощен галькой, уложенной концентрическими кругами, и сверху промазан глиной. В центре находился культовый керамический очаг, украшенный рельефным орнаментом, и стоял столб, поддерживавший коническую крышу из тростника. К центральному помещению примыкали прямоугольные пристройки. 

Древнейшими скульптурными изображениями были широко распространенные глиняные очажные подставки в форме быков. В поселении Кюль-тапа в Армении найдены также небольшие фигурки быков, барана, собаки, птицы, сделанные из глины и сохранившие следы красной краски, которой намечены глаза и другие детали. В поселениях Тетрамица (Грузия) и Кюль-тапа найдены также и глиняные человеческие статуэтки, схематические и плоские; они преимущественно изображают женщин, что характерно для периода матриархата. Тогда же получила развитие рельефная орнаментация сосудов крупными спиралями и концентрическими кругами, а иногда и геометризированными изображениями птиц.  
Предметы из поселений медного века. Из Шенгавитского поселения: кремневые вкладыши от серпов, каменный топор, костяные наконечники стрел, медные предметы (шильце, булавки и буса), часть глиняного очага в форме барана и глиняный сосуд с резным орнаментом. Из поселения Кюль-тапа: два обсидиановых наконечника стрел, глиняные фигурки (женщина, бык, овца и собака) а глиняный сосуд с вдавленно-выпуклым орнаментом (Государственный Исторический музей Армении).

Постепенное развитие хозяйства первобытных племен Закавказья, усиление роли скотоводства, расширение обмена между местными племенами и с рабовладельческими государствами Передней Азии приводят к появлению имущественного неравенства. 

Памятниками архитектуры этого времени (2 — начало 1 тысячелетия до н.э.) являются циклопические крепости, в большом количестве сохранившиеся в Армении, Грузии и Азербайджане. Первоначально крепости были лишь временным убежищем для людей и скота, селения же располагались вне крепостных стен. В более поздние времена стеной обносилось все поселение, а внутри него специальной оградой выделялась цитадель, ставшая местом обитания племенной знати. 
Очень крутой сайт с описаниями и расположениями на карте georoute.ge

В Закавказье сохранились менгиры (Хошун-даш в Армении), дольмены (в Абхазии) и кромлехи. Дольмены обычно прямоугольные в плане, изредка круглые. 

В это время в Закавказье была распространена расписная керамика, хорошие образцы которой найдены в Триалети (Грузия) и Кызыл-Ванке (Азербайджан). Наиболее древняя крашеная керамика Закавказья — красная, лощеная, с черной росписью, постепенно вытесняемая желтоватой с бурой росписью. Среди мотивов росписи встречаются геометрические орнаменты, схематические изображения зверей, птиц и изредка человеческих фигур. Во второй половине 2 тысячелетия до н.э. получила распространение полихромная керамика. В селении Шахтахты (Азербайджан) найден одни из наиболее интересных ее образцов - расписной сосуд, окрашенный в красный цвет и покрытый тремя поясами рисунков. В среднем поясе строго ритмически размещены схематизированные сцены охоты волков (или собак) и хищных птиц на диких коз, осла и быка. 
Глиняный расписной сосуд из поселения Шахтахты, конец 2 тысячелетия до н. э. Баку. Музей Низами. 
Разнообразны памятники торевтики и ювелирного искусства из триалетских курганов, относящиеся к середине 2 тысячелетия до н.э. 
Серебряное ведерко с золотой оправой из Триалети. Середина 2 тысячелетия до н. э. Тбилиси. Музей Грузии. 




Кубок из Триалети. Червонное золото, бирюза, сердолик. Середина 2 тысячелетия до н. э. Тбилиси. Музей Грузии. 

Бронзовая пряжка из Иберии, 1 тысячелетие до н. э. Тбилиси. Музей изобразительных искусств Грузии. 


Бронзовый пояс с гравированными изображениями из Самтавро. Первая половина 1 тысячелетия до н. э. Тбилиси. Музей Грузии. 
Бронзовый пояс с гравированными изображениями из Триалети. Первая половина 1 тысячелетия до н. э. Тбилиси. Музей Грузии. 

В памятниках искусства 3акавказья конца 2 и начала 1 тысячелетия до н.э. получил отражение культ неба и солнца. С ним тесно связаны изображения различных фантастических животных, гравированные на бронзовых поясах, найденных в Триалети и других местах. Сложные, ритмически построенные композиции охоты на фантастических животных, а также космические символы и знаки заключены в широкую орнаментальную рамку. 
 Вишап (каменное изваяние в форме рыбы) в Имирзеке . 2—1 тысячелетия до н. э. 
Своеобразным типом древнейших памятников монументальной скульптуры Закавказья являются гигантские каменные изваяния рыб, так называемые вишапы. По мнению ряда исследователей, эти изваяния олицетворяли божества плодородия и ставились для охраны истоков древних каналов. На некоторых вишапах встречаются изображения быка и струй текущей воды. 

*** 
Большое значение для дальнейшего развития искусства племен Закавказья имели их связи с рабовладельческими государствами Передней Азии и в особенности включение части Закавказья в состав государства Урарту (9 - 7 вв. до н.э.) Урарту, или Ванское царство, объединило в своем составе разнообразные племена, населявшие Армянское нагорье — обширную область, через которую Закавказье было связано с Малой Азией, Двуречьем и Ираном. Центром государства Урарту была область Биайнили у озера Ван со столицей Тушпа (современный город Ван). Население Урарту занималось земледелием и скотоводством. Широко была распространена обработка металлов. Земледельческие орудия и оружие изготовлялись главным образом из железа; высоким качеством отличались изделия из бронзы. 
Цитадель урартских царей на Ванской скале в Тушпе, столице Урарту
Господствующей в государстве была культура военно-рабовладельческой власти племен Биайнили, созданная на основе местных традиций и использования достижений древних культур Двуречья и Малой Азии. Рядом с этой господствующей культурой у отдельных племен, силой включенных в состав Урарту, сохранялись и свои особенности, проявлявшиеся в типах архитектуры жилищ, в характере погребальных обрядов, в облике культовых памятников, в формах и орнаментации керамики и т. д. 


В настоящее время наиболее изучена культура племен Биайнили с ее системой клинописи, заимствованной из Ассирии и несколько видоизмененной, с монументальной каменной и сырцовой архитектурой, с широко развитой традицией строительства скальных сооружений, с многообразными художественно исполненными бронзовыми изделиями. Эту культуру, во многом близкую к господствующей культуре Ассирии, Митании и Хеттского государства, обычно и называют «урартской». 
Перевод надписи: Богу Иварша этот дом Суси Аргишти, сын Менуа, построил, Аргишти говорит: земля в этом месте была пустынной, ничего там не было построено. Аргишти, царь могущественный, царь великий, царь страны Биайнили, правитель Тушпа-города
Крепости, сооружавшиеся в центре и на окраинах Урартского государства, в частности и в Закавказье, имели цитадели, возводившиеся, как правило, на холмах или на высоких утесах. Мощные крепостные стены были сложены из сырца на каменном основании, изредка целиком из камня, и имели в толщину более 3 м. Планы крепостей зависели от условий местности, однако чаще всего стены строились по прямым линиям. Крепостные ворота обычно помещались между двумя массивными башнями, напоминающими по плану башни крепостей Двуречья и Малой Азии. Судя по изображениям на ассирийских рельефах, ворота урартских крепостей перекрывались не только плоскими балками, но иногда и сводом. Громадные гладкие поверхности стен монументальных крепостных сооружений, вздымавшихся на высоту более 10 м, покрытых светло-коричневой глиняной обмазкой, расчлененных лишь башнями и контрфорсами, производят величественное впечатление. 
Зарисовка Ванской скалы первыми археологами Урарту, конец XIX века

Раскопки на северо-восточном склоне Ванской скалы 1916

при участии солдат армии Российской империи.
Древнейшие памятники урартской архитектуры, известные в настоящее время, относятся ко второй половине 9 в. до н.э. У подножия большой скалы, расположенной неподалеку от юго-восточной оконечности озера Ван, и на самой этой скале сохранились остатки сооружений столицы Урарту — города Тушпы крепостные стены, несколько комплексов скальных помещений, вырубленные в скале лестницы, террасы, площадки, культовые ниши, большой канал, подводивший питьевую воду, и т. д. 
Примером сооружения, воздвигавшихся в завоёванных урартами областях Закавказья, являются находящиеся вблизи Еревана постройки урартского города Тейшебаини.
План Тейшебаини 

Цитадель, города, располагавшаяся на вершине Кармир-блура (Красного холма), с севера и востока была надежно защищена не только крепостными стенами, но и рекой Раздан. С юга и запада к цитадели примыкал большой город. Длинные прямые улицы, пересекаемые поперечными переулками, расходились от цитадели. На улицы, как и в городах Двуречья, выходили глухие гладкие стены жилищ. 
Холм Кармир-Блур, где располагался Тейшебаини
Большую часть цитадели занимало здание площадью около 4000 кв. м, состоявшее из многих помещений. Его стены, расчлененные башнями и контрфорсами, сложены из крупных сырцовых кирпичей на цоколе из грубо обработанных камней. Цоколь и стены были покрыты снаружи глиняной обмазкой. Здание спускалось уступами по склону холма; окна комнат, поднятые под самое перекрытие, выходили на крышу ниже расположенных помещений. Стены двухэтажной центральной части были увенчаны башенками, сложенными из прекрасно отесанных базальтовых блоков. О подобном здании с башенным завершением, но трехэтажном, можно судить по бронзовой модели, найденной па Топрах-кала (в районе озера Ван). Здание цитадели Тейшебаини имело парадные комнаты, кладовые, мастерские и пр. Характерны длинные и узкие комнаты, достигающие 24 м в длину при ширине в 4 м, вероятно, хозяйственного назначения. Встречаются и более широкие помещения с массивными сырцовыми столбами, на которые опиралось перекрытие. 
Реконструкция главных ворот крепости Тейшебаини, сделанная на основании археологических раскопок

Раскопки цитадели урартского города Ирпуни (8 в. до н.э.) на холме Арин-берд, на окраине Еревана, обнаружили там здание дворцового типа с большим колонным залом, вокруг которого были сгруппированы отдельные комнаты. 
Стены Эребуни, восстановленные после археологических раскопок

Черты своеобразия урартской архитекторы наглядно выступают в храмовых постройках. Урартские зодчие стремились подчеркнуть основные части постройки, связанные с ее конструкцией, архитектоникой, что не было характерно для архитектуры Передней Азии. Представление о внешнем виде храма главного урартского божества Халда, находившегося в городе Мусасире, можно получить по его изображению па ассирийском рельефе. Полагают, что этот храм был сооружен еще в конце 9 в. до н.э. 
Ассирийские воины врываются в город Мусасир и храм бога Халди. Архитектурные формы построек в Мусасире вызвали дополнительный интерес исследователей своей близостью к классическим древнегреческим храмам. 
Ассирийские воины несут награбленные трофеи к месту их учёта. Внизу сцена казни четвертованием, возможно, правителя Мусасира, Урзаны.

Мусасирский храм, как и дошедший в развалинах храм на холме Топрах-кала, был сравнительно небольших размеров и помещался на высокой платформе, по-видимому, сложенной из больших глыб камня. От современных ему построек Двуречья мусасирский храм отличался двускатной крышей и фронтоном, увенчанным копьем. По фасаду храма находились шесть столбов или колонн без капителей и баз, но с горизонтальными валиками. 
Реконструкция
При раскопках храма на Топрах-кала были обнаружены части стен, сооруженных из блоков светло-серого и почти черного камня, чередовавшихся в шахматном порядке. Возможно, что этот прием использовался и при сооружении других урартских построек. На колоннах, как и на стенах Мусасирского храма, висели бронзовые декоративные щиты. Фасад храма украшался также копьями и бронзовыми статуями воинов, стоявшими по сторонам прямоугольного пролета двери. Эти фигуры, по-видимому, были поставлены для защиты и устрашения, подобно ассирийским «шеду». Перед фасадом этого храма находилась и большая, выполненная из бронзы скульптурная группа — корова, кормящая теленка. 

Среди памятников мелкой пластики следует отметить статуэтки из бронзы и из слоновой кости, найденные в Ване, и глиняные раскрашенные статуэтки божеств с Кармир-блура. 

Была распространена в Урарту также и скульптура из камня, характерным примером которой является хранящаяся в Государственном музее Грузии базальтовая статуя урартского царя или бога конца 9 - первой половины 8 в. до н.э., найденная в районе цитадели Тушпы близ Ванской скалы. Нерасчлененность каменного монолита, передача отдельных частей тела, одежды и вооружения невысоким рельефом, общая застылость и неподвижность позы с руками, сложенными на груди, широкая недетализированная одежда, ниспадающая с плеч, густые пряди волос с завитками на концах (частично сохранившиеся на спине), сближают эту статую с монументальными произведениями ранней ассирийской скульптуры. 
Остатки крупного каменного барельефа с изображением бога Тейшеба, стоящего на быке. Обнаружены в развалинах урартской крепости в Адильджевазе, хранятся в Ванском музее

Много фото-материалов по теме можно найти в этом блоге maximus101.livejournal.com

Остатки стенных росписей, выполненных по белому фону яркими минеральными красками (красной, синей и черной), были обнаружены на Кармир-блуре и на Арин-берде (древний Ирпуни). В композициях этих росписей, сохранившихся в весьма фрагментарном виде, встречаются не только орнаментальные мотивы розеток, пальметок, декоративных башенок, но и изображения животных, сцены поклонения священному дереву, фигуры божеств, стоящие на животных. Расположение фигур и орнаментов — фризообразное; контуры обведены толстыми, обычно темными линиями. Общий облик этих росписей весьма близок по иконографическим мотивам и по стилю выполнения к росписям ассирийских дворцов, что свидетельствует о связях между художественной культурой правящей верхушки Урартского и Ассирийского государств. В центральной части Урарту, на Топрах-кала, найдены обломки красной мраморной облицовки стен с резными изображениями священных быков, деревьев и разнообразных орнаментов. Резное изображение быка, возможно также служившее для украшения здания, найдено на северном побережье озера Ван. 
Монументальные росписи из крепости Эребуни

Стены некоторых помещений, как показывают археологические раскопки, были украшены также и разнообразными изделиями декоративного искусства. Они либо представляли собой элементы наружного оформления зданий, либо служили для украшения интерьера. Изображения на декоративных бронзовых щитах и колчанах отличаются линейной четкостью контуров, симметрией, повторением одинаковых мотивов. 
Изображение львов на бронзовом щите с надписью урартского царя Аргишти I. Из раскопок Тейшебаини (Кармир-Блур). Первая половина 8 в. до н. э. Ереван. Исторический музей. 


Изображение быков на бронзовом щите с надписью урартского царя Аргишти I. Из раскопок Тейшебаини (Кармир-Блур). Первая половина 8 в. до н. э. Ереван. Исторический музей.

Примером могут служить бронзовые декоративные щиты с Топрах-кала и Кармир-Блура, украшенные несколькими концентрическими полосами с изображениями львов и быков, подобные щитам фасада храма в Мусасире, а также декоративные бронзовые колчаны с Кармир-блура, покрытые тонко выполненными чеканными и гравированными изображениями всадников и боевых колесниц, расположенными в несколько рядов. Эти памятники урартского декоративного искусства свидетельствуют о высоком мастерстве художественной обработки бронзовых изделий. Это подтверждают также и обнаруженные на Кармир-блуре бронзовые шлемы с тонкими чеканными изображениями и посвятительными надписями урартских царей Аргишти I и Сардури II(8 в. до н.э.). На лобной части шлемов помещены три ряда крылатых и бескрылых божеств ассирийского типа, стоящих перед стелами с изображением священпых деревьев. Эти композиции обрамлены фигурами змееобразных драконов с львиными головами. Затылочная и височные части украшены двумя рядами изображений всадников и боевых колесниц. Мастера, изготовлявшие и украшавшие эти шлемы, стремились точно изобразить одежды воинов, тщательно передать характер конской упряжки, детали различных предметов. Однако в трактовке изображении художники были скованы сложившейся традицией, отойти от которой они не могли, Поэтому в неизменно повторяющихся позах показаны и стоящие божества, и скачущие всадники, и мчащиеся колесницы, а сами шлемы, выполненные в разное время и разными мастерами, так похожи один на другой. 
Бронзовый шлем с надписью урартского царя Аргишти I из раскопок Тейшебаини (Кармир-Блур). Первая половина 8 в. до н. э. Ереван. Исторический музей. 
Фрагмент изображения на шлеме, содержащий мотив «Дерева жизни»

Характерной группой памятников урартского искусства являются выполненные путем отливки по восковой модели бронзовые статуэтки крылатых быков и львов с человеческими головами, фигурки божеств, стоящих на животных, статуэтка грифонообразного фантастического существа. Все эти вещи, найденные в Топрах-кала, датируются 7 в. до н.э. и, по-видимому, украшали трон урартских царей. 
Бронзовые фигурки — части трона, хранящиеся в Эрмитаже. Фигурки сделаны из бронзы, сохранившей следы позолоты. Лица зверей и божества, стоящего на быке справа, были выполнены из камня, вероятно, с драгоценной инкрустацией, поэтому почти все лица были выломаны и не сохранились.

Изображал человеческие лица и фигуры, урартские художники стремились передать особенности этнического типа населения центральной части Урарту, отличавшегося и от малоазийских хеттов и от ассирийцев. 
Фрагмент бронзового трона урартских царей

В искусстве Урарту использовались приемы инкрустации различными материалами. Бронзовые статуэтки обтягивались тонким листовым золотом, хорошо передававшим все детали орнамента, лица статуэток изготовлялись из белого камня, глаза и брови — из черного. Ячейки на крыльях фантастических животных в ряде случаев заполнялись цветной стекловидной массой. Судя по письменным источникам, применялось также украшение предметов драгоценными камнями, отделка слоновой костью и черным деревом. 

Достижения урартских мастеров декоративного искусства, основанные на древних традициях художественной обработки металлов у племен Закавказья и Армянского нагорья, сыграли существенную роль в развитии искусства соседних народов. В настоящее время становятся все более и более ясными связи искусства Урарту с искусством скифов в Северном Причерноморье, на что указывают памятники из Мельгуновского и Келермесского курганов. 

Искусство Урарту сыграло заметную роль в формировании художественной культуры ахеменидского Ирана, а также в истории искусства народов Закавказья. 

*** 
Время, наступившее вслед за падением государства Урарту, когда отдельные области Закавказья входили в состав сначала Мидийского государства, затем державы Ахеменидов и, наконец, эллинистической монархии Селевкидов (6 - 3 вв. до н.э.), мало изучено. Однако есть основания именно с этим временем связывать процесс формирования из древних племен, населявших Закавказье и соседние территории, местных народностей — колхов, иберов, армян и несколько позднее албан. Шел процесс оседания народностей на определенных территориях, развивались их общенародные языки, вырабатывались у каждого из этих народов свои особенные черты культуры. Но близость, а подчас и общность исторических судеб также отразились на культуре этих народов. Находясь под властью Ахеменидов и Селевкидов, а позднее под политическим влиянием Рима, народы Закавказья внесли свой вклад в культуру и искусство этих государств. В свою очередь, вступая в общение с другими народами, объединенными в этих государствах древности, народы Закавказья воспринимали их культурные достижения. 

Важную роль в развитии искусства Закавказья этой поры сыграли непосредственные связи населения черноморского побережья Кавказа с Древней Грецией. Начиная с 7 в. до н.э. на восточном побережье Черного моря появились колонии ионийцев (Фасид, Диоскурия, Питиунт). Возникновение этих колоний ускорило процесс распада первобытно-общинных отношений у племен Колхиды, способствовало, как и в областях Северного Причерноморья, образованию полугреческих-полуместных полисов. Свидетельством тесного переплетения местных и эллинских черт в искусстве городов Колхиды являются изображения на колхских монетах.

Существовали в Колхиде и чисто греческие памятники.
Статуэтка богини Ники, найденная в Вани, Грузия
Древние традиции искусства кавказских племен прочно сохранились в художественном творчестве внутренних областей западной Грузии. Широко распространенные бронзовые поясные бляхи, датируемые временем с 7 в. до н.э. и до 1 в. н.э., украшены очень условными и вплетенными в ажурный узор изображениями фантастических и реальных зверей, напоминающими древние бронзовые пояса Закавказья. Некоторые фотографии можно найти по ссылке. И еще интересная заметка. 

Несколько иным путем, чем в Колхиде, развивалось в 6 - 4 вв. до н.э. искусство в восточной Грузии, населенной племенами, которые позднее, к 4 - 3 вв. до н.э., вошли в состав иберийского народа.

Серебряная чаша с лебедями из Казбекского клада. 6—5 вв. до н. э. Москва. Исторический музей. 

В некоторых художественных образах — в монументально неподвижных конях на подвесках, в крылатых сфинксах и грифонах на золотых бляхах, в орнаменте серебряных чаш и золотых блях есть черты, близкие к искусству древневосточных государств. 

*** 
По имеющимся в настоящее время материалам наиболее ярко и полно обрисовывается поздний период искусства народов Закавказья рабовладельческой эпохи (конец 3 в. до н.э. — 3 в. н.э.). К этому времени завершился процесс формирования основных народностей Закавказья, создались самостоятельные рабовладельческие государства, объединявшие в основном одну народность. Взаимоотношения с эллинистическими государствами Ближнего Востока и Римом содействовали упрочению связей Закавказья с греческой и римской культурой. 

Сведения античных авторов и сохранившиеся памятники показывают развитие градостроительства и архитектуры в этот период. Города в Колхиде, Иберии, Армении, а позднее и в Албании, расположенные на важных торговых путях, строились согласно правилам античной архитектуры, обносились мощными, сложенными из хорошо вытесанных камней стенами с башнями, украшались дворцами царей, храмами, театрами, ипподромами, рынками и другими сооружениями. 
Руины армазской цитадели

Одним из наиболее крупных городов Закавказья, возникшим не позже 3 в. до н.э., была древняя столица Иберии — Армази, находившаяся на правом берегу Куры при впадении в нее Арагвы. Позднее, со 2 в. н.э., место Армази как столицы Иберии занял расположенный уже на левом берегу Куры город Мцхета
На небольшом плато, занимавшем вершину выступа горного хребта Багинети, находился центр древней столицы — Армазисцихе, обнесенный стеной, сложенной в нижних частях из тесаных квадров камня, а в верхних — из сырца. Склоны горного хребта и значительную территорию прилегающего района по обоим берегам Куры и Арагвы занимали различные сооружения древнего города, существовавшего на протяжении ряда столетий и не раз менявшего свои границы. Природные условия, удачно использованные при размещении крепости, господствовавшей над окружающей местностью, помогли создать выразительную линию силуэта крепостных стен и башен, имевших прямоугольную, геометрически четкую форму. В планировочных принципах крепости и ее отдельных сооружений, в типе кладки стен заметно следование традициям древневосточной архитектуры. Наряду с этим сохранились архитектурные детали (карнизы, базы колонн, кровельная раскрашенная черепица и т. п.), свидетельствующие о влиянии античного зодчества и встречающиеся в других памятниках Закавказья. 

Среди сооружений Армазисцихе следует выделить здание, известное под именем «колонного зала», выстроенное не позднее 2 в. до н.э. Оно состояло из одного большого, прямоугольного в плане (20,8x8,9 м) помещения. Стены в нижних частях, на высоту до 3 м, сложены насухо из прекрасно вытесанных квадров красноватого песчаника, а в верхних частях из сырца. Внутри «зала» стояли в один ряд шесть деревянных колонн с каменными базами и капителями, поддерживавшие двускатную кровлю, крытую черепицей. Главным фасадом здания служила длинная восточная стена, в середине которой была расположена дверь, а с боков имелись антообразные выступы. Этим создавалась растянутая вширь композиция всего здания, характерная для некоторых архитектурных сооружений древневосточных государств. 

Несколько иной характер имеют архитектура и декор погребальных склепов 1 - 2 вв. н.э. из некрополей древней столицы Иберии. Здесь, в отличие от более раннего по времени «колонного зала», заметно укрепление общих принципов античной архитектуры, более органичное использование их не только в деталях, но и в общей планировке и композиции сооружений, хотя также сохраняются и местные черты (отсутствие горизонтальных карнизов на фронтоне склепа и т. п.). 

Для характеристики архитектуры Иберии этой эпохи имеет значение один из самых известных в Закавказье пещерных городов — Уплисцихе, высеченный в скалах левого берега Куры, неподалеку от города Гори. Пещеры в этом громадном по своим размерам комплексе расположены отдельными группами и местами соединены коридорами. Большая часть наиболее значительных по своим размерам пещер относится к 1 - 3 вв. н.э. 
Общий вид городища с юго-востока

В это время в скальном зодчестве Закавказья, как и Малой Азии, в некоторой мере усваиваются и перерабатываются формы греко-римской архитектуры. Примером этого является центральная группа пещер Уплисцихе, расположенная вокруг большого зала, цилиндрический свод которого украшен восьмигранными и квадратными кессонами, напоминающими римские. Широким проемом в одной из стен Этот большой зал открыт наружу. Фасад оформлен в виде фронтона над аркой свода, причем основание фронтона лежит ниже замковой части свода. Этот прием, характерный для иберийских архитектурных традиций, прослеживается и в архитектуре феодальной Грузии. 
Потолок «Храма с кессонами»
Внутреннее оформление «Зала царицы Тамары»
Среди помещений Уплисцихе интересен зал с пилястрами, в котором сохранились следы декоративной росписи, а в одном из углов — рельефная маска. В другом большом помещении, обычно называемом «залом царицы Тамары», потолок имитирует деревянные конструкции народного жилища «дарбази». 

План и разрез традиционного грузинского дома дарбази
Стойкость и живучесть местных традиций архитектуры при сравнительно ограниченном распространении греко-римских форм — особенность архитектуры Иберии этого времени. Более глубоко и последовательно процесс эллинизации культуры и искусства проходил в Армении. 

Города Армении, особенно расположенные в юго-западных областях, находились в тесных сношениях с эллинистическими городами Сирии и Малой Азии и во многом походили на них своим архитектурным обликом. Таким был, например, Тигранакерт, одна из столиц знаменитого армянского царя Тиграна II (95 - 55 гг. до н.э.), где были городские стены с башнями, акрополь, загородный дворец театр, построенный по эллинистическим образцам. Характерно, что и само население ряда крупных городов государства Тиграна было смешанным, так как царь, завоевывая города Малой Азии, Сирии и Месопотамии, переселял их жителей — греков, иудеев и других — вглубь своей страны, в города Армении. 

Крепости Гарни была построена в первых веках до нашей эры и на протяжении ряда столетий бывшей летней резиденцией армянских царей. Расположенная на скале, возвышающейся над ущельем реки Азат, в 27 км к востоку от Еревана, Гарнийская крепость была отделена от примыкавшего к ней с севера обширного поселения стеной с башнями, сложенной насухо из двух рядов громадных, прекрасно отесанных базальтовых блоков, скрепленных железными скобами со свинцовой заливкой. Единственный вход в крепость с северной стороны был защищен массивными башнями прямоугольной формы. Своими значительными размерами, продуманностью фортификационно-планировочной системы, прочностью кладки эта стена делала Гарни, по словам римского историка Тацита, «неприступной крепостью». 

Храм в Гарни. Реконструкция. 


План крепости Гарни. 1. Северная крепостная стена.2. Башня въездных ворот. 3. Четырехапсидная церковь 6—7 вв.4. Античный храм. 
Выдающимся архитектурным памятником Армении является знаменитый Гарнийский храм, построенный во второй половине 1 в. н.э. Сооруженный по эллинисти-ческо-римским образцам, храм в Гарни близок по своим формам к некоторым памятникам Рима и римских провинций Малой Азии и Сирии. 
Храм был восстановлен из руин в советское время.
 Храм в Гарни. Архитектурные фрагменты. 1 в. н. э. 
Гемма из Иберии. 
Храм, построенный из местного серого базальта, представлял собой периптер ионического ордера (6x8 колонн), поставленный на высокий подиум длиной 18 и шириной 13 м. На главном фасаде храма подиум имеет лестницу, по сторонам которой на выступах цоколя помещены рельефные изображения коленопреклоненных атлантов. Внутреннее помещение состояло из небольшого пронаоса и целлы. Храм был разрушен землетрясением, но все его части сохранились и позволяют полностью представить его былой облик и его гармоничные, изящные и стройные пропорции. Ионические колонны храма в Гарни, высокие и тонкие, имеют красивые, прекрасно выполненные капители. Антаблемент, плафоны портиков, а также и дверные наличники богато украшены искусно выполненным и разнообразным резным орнаментом. Среди орнаментальных деталей Гарнийского храма наряду с традиционными античными моти вами аканфа, пальметок и львиных масок, высеченными в довольно высоком рельефе, встречаются характерные для древнеармянской архитектуры изображения гранатового яблока и винограда. Стиль и характер орнаментальных мотивов дают основание думать, что в сооружении храма в Гарни участвовали местные мастера. 
Храм в Гарни замечательно связан с окружающим горным пейзажем, господствуя над глубоким ущельем реки Азат. Художественное совершенство храма в Гарни свидетельствует о высоком уровне искусства Армении античного времени. 
В 1953 г. рядом с гарнийским храмом были обнаружены развалины. В одном из этих помещений сохранился мозаичный пол (размером 2,90 Х 2,90 м), выложенный из цветных камней на известковом растворе. В центре мозаики в изящной орнаментальной рамке помещены погрудные изображения божеств — Океана и Моря - в виде мужской и женской фигур. Вокруг этих фигур широким фризом располагаются изображения морских кентавров с сидящими на них нереидами, а также сцены из жизни рыбаков: рыбак, сидящий на камне и удящий рыбу, рыбак, тянущий сеть. Общий светлозеленый тон мозаики напоминает цвет морской воды, а богатство и тонкость цветовых переходов достигаются разнообразным набором цветных камней (использованы камни 15 оттенков). На мозаике сохранились греческие надписи, сообщающие имена изображенных божеств, названия различных атрибутов и т. д. 
Гарнийская мозаика, имеющая аналогии в позднеантичных мозаиках Сирии и Малой Азии, также свидетельствует о тесных связях культуры и искусства Древней Армении с передовыми центрами мировой культуры. 

Наряду с архитектурой и монументальной живописью (мозаикой) важное значение в Закавказье в античное время имела скульптура. 

Судя по свидетельствам древних авторов, как греческих так и местных, в храмах стояли изображения богов. В Иберии стояли статуи древних местных божеств Армаза, Гаци, Гаима. В одной из ранне-средневековых грузинских рукописей приведено описание статуи Армаза, стоявшей, по-видимому, на территории Армазисцихе: «Вот стоял человек из меди, он был одет в золотой панцирь, золотой шлем и наплечники; ониксы и бериллы украшали его; в руке он держал меч отточенный, который блистал и вращался в руке, как бы предвещая, что если кто прикоснется, то голова его будет обречена на смерть» ( Шатберское житие св. Нины). Подобного рода сведения имеются и о статуях армянских богов — о золотой статуе Анаит, увезенной Антонием, о статуе одного из богов, сделанной из слоновой кости, горного хрусталя и серебра. Приемы инкрустации в скульптуре указывают на живучесть традиций искусства Урарту. 

В 1 в. до н.э. во время завоевательных походов Тиграна II и Артавазда II в Малую Азию и Сирию местные изображения богов в Армении были заменены статуями, взятыми из покоренных эллинистических городов. Эти скульптурные произведения, среди которых, вероятно, были работы греческих ваятелей, оказали существенное влияние на развитие скульптуры Армении этого времени. Голова бронзовой статуи из Британского музея, которую считают изображением богини Анаит, терракотовые головки из Вагаршапата, фрагменты статуэток из Гарни и других мест, бронзовая статуэтка юноши, играющего на флейте, найденная в Мцхете, убедительно свидетельствуют о прочности этого влияния. Вместе с тем в таком замечательном художественном произведении, как голова Анаит, нельзя не видеть и оригинальных черт трактовки художественного образа — повышенной экспрессивности и своеобразной чувственности, так не свойственной образу греческой Артемиды, с которой была отождествлена Анаит. 

Сохранившиеся, правда, весьма немногочисленные, памятники скульптуры, показывают, что наряду с эллинизирующим направлением в скульптуре Закавказья существовало и другое направление, более прочно связанное с древними местными традициями. Среди этих памятников следует отметить сильно поврежденную каменную голову из Двина (Армения) 1 - 2 вв. н.э. с головным убором в виде тиары, возможно, представляющую портрет армянского царя. Строгая фронтальность и плоскостность резко отличают эту голову от произведений эллинизирующего круга. Наличие отверстий на месте глаз свидетельствует о применении и здесь инкрустации. 
Большое распространение в Закавказье этого периода имели торевтика и ювелирное дело, связанные с многовековой местной традицией. Произведения этого рода, относящиеся к 1 - 2 вв. н.э., найдены в погребениях иберийских питиахшей (правителей областей) в районе Мцхеты (Армазис-хеви). Среди этих вещей есть предметы, прямо копирующие или перерабатывающие греко-римские образцы. Серебряные блюда с горельефными скульптурными изображениями богини плодородия и римского императора (Адриана?), многочисленные бронзовые сосуды греко-римских форм со скульптурными рельефами на ручках, серебряное блюдо с изображением нереиды, происходящее с территории Древней Албании, серебряная чаша с театральными сценами и надписью армянского царя Пакора и ряд других предметов ярко характеризуют эллинизирующее направление. Усвоение греко-римских форм здесь настолько сильно, что подчас нет возможности отличить местные произведения от привозных вещей. 
Серебряная чаша с изображением коня. Из погребения питиахша (правителя) Берсума в Армазис-хеви. Середина З в. н. э. Тбилиси. Музей Грузии. 

С другой стороны, распространены памятники с характерными чертами местных традиций. Таковы, например, чаши из Бори и Армази с изображением коня перед алтарем, связываемые с культом коня как земного воплощения божества солнца и света Митры. Еще ярче местное своеобразие проявляется в рельефных изображениях фантастических существ на массивных серебряных ножках погребального ложа или кресла из саркофага, открытого на территории Армазис-цихе. Смелая лепка крупных форм, орнаментальная трактовка отдельных частей тела, отсутствие мотивов греко-римской орнаментики отличают эти и им подобные произведения из Бори и Армазис-хеви от памятников эллинизирующего направления. 

С местными традициями связано и широкое применение в изделиях из драгоценных металлов вставок из стекла и камней. Таковы золотые перегородчатые пластинки пояса с инкрустацией из цветных камней, найденные в саркофаге Армазис-цихе, таковы многие вещи из погребений Армазис-хеви, а также ряд предметов из погребений местной знати в западной Грузии — Клдеети и Уреки. 

Выдающимся памятником искусства является золотая голова оленя из погребения близ Тагелони (западная Грузия). Памятником блестящего ювелирного мастерства является и золотое ожерелье из Армазис-хеви 2 в. н.э., представляющее собой цепочку, на которой подвешена плоская золотая круглая коробочка с тонко вырезанной из аметиста головой барана на крышке и с висящим под ней изящным флакончиком со вставками из цветных камней. Высоким художественным качеством отмечены геммы с реалистическими портретными изображениями представителей иберийской и лазской знати, а также монеты с портретами царей (Тиграна Н, Артавазда II), изображениями богов и священных животных. 



Античный период сыграл значительную роль в развитии искусства народов Закавказья. Важнейшие достижения этой эпохи широко были использованы в следующую, феодальную эпоху, начало которой в Закавказье примерно совпадает с распространением там христианства. 
***
Информация взята из книги «Всеобщая История Искусств. Том 1. Искусство Древнего Мира» 1956 года, частично урезана и частично дополнена из других источников, ссылки находятся под фото. Если Вы найдете какие-либо ошибки или неработающие ссылки, захотите дополнить или прокомментировать лекции, я всегда на связи ВК или FB

Комментариев нет:

Отправить комментарий