суббота, 1 апреля 2017 г.

Франсиско Гойя


И, припомнив поговорку,
Гойя буркнул:
«Ах, повсюду
Те же самые печали:
Долг, семья, заботы, нечисть».
Лион Фейхтвангер «Гойя, или тяжкий путь познания»



Веселые сценки для мрачных стен - эскизы гобеленов

Автопортрет, 1771-1775. Мадрид, собрание маркизы Сурхена

Обрезание (фрагмент). 1774. Сарагоса, картезианский приют Аула Деи

В 1774 году Франсиско Гойя едет в Мадрид, где ему предстоит выполнить эскизы гобеленов для королевской ткацкой мануфактуры в Санта-Барбара. Гойе 28 лет, он вырос в провинции, в Сарагосе, и там же обучался. Получить заказ помогли семейные связи. Годом раньше Гойя женился, и его шурин, довольно известный в Мадриде художник, позаботился о местечке для зятя. До этого Гойя дважды пытался попасть в Мадрид и посылал свои картины в королевскую Академию художеств, чтобы ему позволили там учиться, безуспешно. Тогда он отправился учиться в Италию, где завоевал некоторое признание со стороны пармской Академии, и после этого, вернувшись в Сарагосу, получает заказ на церковные картины. Но художник стремится в Мадрид. Позднее Гойя станет и преподавателем, и даже директором Академии.


Охота на перепелов. 1775. Мадрид, Прадо

Гобелены - не слишком почетное занятие для молодого художника и ценится оно не высоко, однако позволяет закрепиться в большом городе. К тому же заказы поступают непосредственно от королевского двора. Спустя 5 лет Гойя сможет лично представить свои эскизы королю и наследному принцу с его супругой и поцеловать им руки. Это большой успех для человека., стремящегося наверх. Ковры-гобелены предназначались для украшения стен в королевских дворцах за пределами города: Сан -Лоренцо дель Эскориал и Пардо, двух резиденциях, где королевская семья осенью и зимой проводила по нескольку месяцев. В обязанности художника входило изготовление эскизов, и в случае, если они будут одобрены, перенесение их на картоны и полотна в размере будущих гобеленов. Традиционные сюжеты для ковров обычно заимствованы из античной мифологии и римской истории. Гойя и другие молодые художники предложили нечто новое: жизнь современной Испании и никакого прошлого. Первый заказ Гойи - серия эскизов для принца Астурии, впоследствии короля Карлоса IV. Принца интересовало только одно - охота. И Гойя создает охотничьи сцены. Жена наследника трона, Мария-Луиза Пармская, пожелала увидеть сценки народных увеселений, которые для темпераментной итальянской принцессы были просто недоступны в условиях чопорного испанского двора. Интерес к развлечениям толпы усиливался и благодаря тенденции, распространившейся на театральных подмостках Мадрида: между актами классических трагедий актеры забавляли великосветскую публику комическими сценками из повседневной жизни низших слоев общества. Забавы простонародья - это уже не библейские сюжеты для церквей Сарагосы и не охотничьи сцены для наследного принца. Теперь Гойя может показать взаимоотношения людей и их общение. Он весело и беспечно берется за темы, которые позднее предстанут в его творчестве в другом ключе. 

Борьба с молодым бычком, ~1780. Мадрид, Прадо


Так же, как и бои быков, Гойю впечатляли махо и махи, мужчины и женщины из беднейших кварталов Мадрида, отличающиеся особой манерой одеваться и вести себя. Эта манера появилась в XVIII веке, и Гойя рассказывает ее происхождение в своей Прогулке в Андалусии. Характерным одеянием мужчин становится капа - длинный плащ, обволакивающий всю фигуру, и шляпа с низко опущенными полями. В такой одежде легко скрываться, и потому в 1766 году среди прочих государственных ограничений вышел запрет на ношение подобных плащей и шляп в Мадриде. Он вызвал чуть ли не восстание и был отменен. 


Прогулка в Андалусии, 1777. Мадрид, Прадо.
Продавец посуды, ~1799. Мадрид, Прадо.

Женщине, настоящей махе, присущи пылкая страстность и определенная жажда провокаций. Хлеб насущный маха зарабатывает продажей каштанов или апельсинов либо устраивается служанкой в господские дома. Ее жизнь нелегка,поскольку чаще всего махе приходится кормить и обихаживать своего махо. Представитель обоих полов - и махи, и махо - накрывают волосы сеткой, женщины носят обтягивающие платья, зачастую очень пестрые, позволяют себе глубокие вырезы, открывают лодыжки ног. Во времена Гойи этой моде подражали даже в высшем обществе, она становилась чем-то вроде национального костюма вопреки чрезвычайно влиятельным парижским нормам. По сути, это была очень элегантная игровая форма протеста против французской династии Бурбонов, которые следовали традициям своей родины, особенно в экономике и системе управления, и терпимо относились к некоторым еретическим идеям Просвещения, что не могло нравиться консервативной части жителей католической Испании.


Зонтик, 1776-1778. Мадрид, Прадо.


Во многих эскизах Гойи испанская и французская мода легко уживаются. В картине Зонтик, прямо на земле расположилась молоденькая богатая девушка, одетая на французский манер. Лицо девушки скрыто зонтом, его держит юноша, чьи волосы убраны под сетку, как это делают махо, а талия опоясана ярким платком. В костюме махи Гойя напишет герцогиню Альба и королеву Марию-Луизу, а в одном из его эскизов приверженцы обеих мод, взявшись за руки, будут играть в жмурки. 

Игра в жмурки, 1788-1799. Мадрид, Прадо


К циклу народных забав относится Праздник в долине Сан-Исидро. Праздник святого Исидора, покровителя Мадрида, отмечают ежегодно 15 мая.После мессы, жители города во главе с клириками и духовным оркестром пересекают реку и совершают паломничество к легендарной обители святого, чтобы отстоять службу, напитаться из живительного источника и попросить исполнения желаний. После этого собираются на берегу Мансанареса, танцуют, пируют и веселятся.
Гобелен предназначался для комнаты маленьких принцесс, но так и не был выполнен. Остался эскиз, который кажется почти импрессионистическим, должно быть поэтому ткачи отказались выполнить гобелен.

Праздник в долине Сан-Исидро, 1788. Мадрид, Прадо.

В 1786 году художник должен был написать серию о четырех временах года, которую он завершает эскизом, где правдиво показано, как тяжело живется селянам в зимнюю пору. В том же году он пишет пьяного строителя, уносимого прочь товарищами. Появление в пьяном виде испанцы считали оскорбительным и постыдным, подобным темам - не место в королевском дворце. Гойя, конечно, не стал рисковать и поэтому заменил пьяного на калеку. Зрелище боли и страданий никак не подходит к заказанным увеселительным сценкам, но недавно король издал директ, согласно которому все, кто получил увечья на строительных работах, имели право на материальную поддержку. И таким образом, изображение несчастного случая послужило пропаганде королевской милости.


Зима. Снежная буря, 1786-1787. Мадрид, Прадо
Покалеченный строитель, 1786-1787. Мадрид, Прадо

К последним из 63 картонов, созданных Гойей, принадлежат Свадьба и Плясун (Чучело), две сценки, связанные с темой народных забав, но они уже не столь безобидны, как более ранние работы. В Свадьбе явно критикуются браки, совершаемые ради денег: невеста - красивая девушка с высоко поднятой головой, за ней, слегка наклонясь, следует жених, похожий на обезьяну, но богато одетый. Такие неравные браки были излюбленной темой для комедий и карикатур по всей Европе.


Свадьба, 1791-1792. Мадрид, Прадо

Беззаботной кажется игра с соломенным чучелом. Это карнавальный обычай, в ненавязчивой форме доказывающий одну простую истину: женщины вертят мужчинами, как хотят. В двух предварительных эскизах Гойи кукла взмывает вверх, высоко задрав голову, словно испытывает радость. Но на последнем картоне ее голова откинута назад, и она становится беспомощной жертвой. Забавное увеселение приобретает оттенок зловещего ритуала. 


Плясун, 1791-1792. Мадрид, Прадо

Люди вчерашнего дня - портреты

Создавая эскизы гобеленов, Гойя смог обосноваться в Мадриде, создавая портреты, он сделал карьеру. Придворными титулами отмечены этапы его социального роста: 1786  - живописец короля, 1789 - придворный и 1799 - первый придворный живописец. Чем выше титул, тем щедрее связанное с ним вознаграждение. Растет признание, а с ним меняется самоощущение художника, что очевидно, если сравнивать его 2 автопортрета. Это не отдельные изображения, а групповые портреты, где Гойя появляется как дополнительный персонаж в присутствии высоких и высочайших особ. Первый раз - рядом с королевским министром графом Флоридабланка: для одобрения художник показывает ему еще не обрамленную картину и держится смиренно, как ученик. 


Портрет графа Флоридабланка, 1783. Мадрид, банк Уркихо


В картине 1800 года - все уже по-другому. Хотя это портрет королевской семьи, и Гойя фигурирует в нем на заднем плане, с краю примкнув к сиятельному обществу, но, как все, смотрит в сторону зрителя. На своей картине он осмелился появиться тем же самым образом, что и Веласкес  в Менинах (Веласкеса почитали как самого значительного на тот момент художника Испании) - это свидетельствует о возросшей самооценке. 


Семья инфанта дона Луиса, 1783. Парма, Мамиано ди Траверсетоло, собрание Маньяни-Рокка
Семейный портрет герцогов Осуна, ~1788. Мадрид, Прадо.

Тем временем в Париже народ штурмует Бастилию, церковь и дворянство теряют свои привилегии и владения, Национальное собрание провозглашает свободу, равенство и братство. Свыше тысячи дворян, включая короля и королеву, гибнут на гильотине. Король Франции был кузеном испанского монарха. Взойдет звезда Наполеона, он завоюет всю Европу, в т.ч. Испанию, будет повержен, выслан, а былые правители вернутся на свои троны. Все это произойдет между 1789 и 1814, эти годы Гойя проведет в Мадриде, работая над заказанными портретами влиятельных персон.


Портрет дона Мануэля Осорио Манрике де Суиньга, 1788. Нью-Йорк, Музей Метрополитен
Портрет Гаспара Мельчора де Ховельяноса, 1798. Мадрид, Прадо

Граф Флоридабланка был первым, кто заказал потрет Гойе, художник использует все средства, чтобы подчеркнуть значимость своего героя и его место в социальной иерархии. Но не таков портрет министра юстиции Гаспара Мельчора де Ховельяноса, написанный на 15 лет позже. Министр появляется без парика и орденской ленты, он скромно одет и не становится в позу, он совсем не хочет понравиться, он погружен в свои мысли или просто устал. Гойя пишет психологический портрет, его интересует человек, а не министр юстиции.

Отказ от знаков отличия и регалий связан с новыми общественными взглядами на сословную иерархию, навеянных Францией. В Испании столь радикальные идеи обсуждались и исповедовались в очень узких кругах. Иберийский полуостров отрезан от Европы цепью Пиринейских гор, а в тогдашнюю эпоху представлял собой глубокую провинцию, отставая в социальном, экономическом и интеллектуальном развитии. Причин этому было множество, и одна из них - господство католической церкви. В 1787 году в Испании проживали почти 150 000 священников, 4.5 % населения. Только священники имели право преподавать в школах.  
Портрет Фердинанда Гиймарде, 1798. Париж, Лувр

Испанские короли из династии Бурбонов попытались ограничить церковную власть, в целом - без особого успеха, хотя им удалось изгнать из страны орден иезуитов. К некоторым идеям французских просветителей Бурбоны относились весьма позитивно, так же как Ховельянос и Флоридабланка. Но ситуация изменилась, когда французы осмелились посягнуть на незыблемость монархии. Тут же граф Флоридабланка избавился от всех проветительских влияний, а Ховельянос покинул Испанию. О воззрениях Гойи и его гражданской позиции можно судить более или менее уверено, поскольку он лично знал и портретировал многих испанских просветителей, так называемых илюстрадос.

К числу наиболее важных заказчиков и покровителей Гойи принадлежит Мануэль Годой, министр и фаворит королевы Марии-Луизы. Подобно Гойе, он тоже был своего рода выскочкой из низов. Своему супругу Мария-Луиза предпочитала 25-летнего гвардейского офицера, с которым она впоследсивии вершила все правительственные дела. Королева пожертвовала ему герцогский титул, сделала членом государственного совета, председателем Королевской Академии Художеств, первым министром, а также одним из самых ненавидимых в Испании людей. 


Мануэль Годой - победитель Португалии, 1801. Мадрид, Музей Академии Сан-Фернандо

В период войны с Португалией в 1801 году королева назначила Годоя главнокомандующим всеми вооруженными силами, и таковым он предстанет на портрете Гойи. Художник, казалось бы, ориентируется на торжественные барочные образцы, но тем не менее, над головой Годоя не витают крылатые богини победы, а сам командующий восседает не на коне: он развалился в кресле, поставленном на голую землю, но одет с помпой - при орденах и с парадными перевязями. 


Семья Карлоса IV, 1880-1801. Мадрид, Прадо

Семью Карлоса Гойя изобразил совсем иначе, чем королевского фаворита. Без всякой лести. Хотя изображенные - при орденах и в драгоценных платьях, однако без гербов, трона и прочих регалий. Гойя совершает множество поездок в летнюю резиденцию в Аранхуэсе и пишет отдельных представителей королевской фамилии, чтобы затем объединить в групповом портрете. Король представлен таким, каков он бвл - без лишней доли интеллекта. Королеве Гойя также оставил ее лицо. К тому времени Марии-Луизе было 48 лет, она родила около 12-ти детей, одета по последней французской моде. Шестилетний мальчик между королем и королевой, наверняка, был сыном Годоя. На картине бросается в глаза очевидный промежуток между королевской четой. Этот разрыв также акцентируется картиной на заднем плане: в этой изображенной картине можно различить фигуры Лота и его дочерей - персонажей ветхозаветной истории, которая содержит поучение всем женщинам, безудержно предающимся любовным страстям.
Выставленный во дворце, этот семейный портрет имел определенную дипломатическую функцию. В 1793 году был обезглавлен Людовик XVI,и господство Бурбонов во Франции закончилось, но в Испании оно продолжалось. Многочисленные наследники короля посредством браков стремились расширить и укрепить влияние династии. Мария-Луиза была готова обручить Марию-Изабеллу (которую обнимает на портрете) с Наполеоном, но тот, заботясь о будущих наследниках, не хотел связываться с вырождающейся династией.
В 1814 году, когда низложат Бонапарта, на трон взойдет Фердинанд VII, на картине Гойи он второй слева. Фердинанд с его жестоким и боязливым характером отменит все прогрессивные реформы и поведет Испанию к дальнейшей разрухе, а старика Гойю вынудит уехать из страны.



Безумные видения и социальная критика - Капричос

Художник заболевает осенью 1792 года, будучи на юге Испании. Заботу и поддержку он находит в семье своего старого друга Себастьяна Мартинеса, у которого гостит в Кадисе. C 1793 года художник переживает душевный кризис и все чаще предается мрачным видениям и фантазиям. В этот период Гойя лишается слуха, причина этого так и не установлена.


Портрет Себастьяна Мартинеса, 1792. Нью-Йорк, Музей Метрополитен

В январе 1794 года вице-директор получает от Гойи несколько необычных работ. Это были бои быков, Огонь в ночи и Двор умалишенных с полунагими мужчинами на фоне угрожающе высоких стен. Собрание человеческих тел без человеческого рассудка - откровенно жестокий контраст к портретной галереи Гойи.

Двор умалишенных, 1794. Даллас, Музей Медоуз
Огонь в ночи, 1793-1794. Мадрид, банк «Инверсион-Ахепаса»

В последующие годы он пишет мало и пребывает в поисках тем, которые могли бы избавить его от навязчивых образов. Но они преследуют художника подобно уродливым совам и летучим мышам на гравюре «Сон разума рождает чудовищ». В свою эпоху это звучало особенно зловеще, поскольку разум ассоциировался с Просвещением, а Просвещение - с революционной Францией. Гойя решительно увлекся техникой офорта. Сон разума с фигурой уснувшего художника принадлежит серии Капричос, напечатанных в 1799 году. Капричос - это в прямом смысле капризы, слово означает произвольную фантазию и даже пустяк, который не нужно воспринимать всерьез. Первоначально образ уснувшего художника должен был открывать всю серию офортов. Но Гойя предваряет ее автопортретом в цилиндре. Оба эти листа становятся ключевыми для всей масштабной серии, хотя позиция автора до конца не ясна:либо он полностью отстраняется и своей острой иглой фиксирует все заблуждения, пороки и глупости, либо чувствует себя их жертвой. А если не жертвой, то невольным возмущенным свидетелем происходящих безобразий, например, в сфере идальго. Фамильный титул идальго уже не свидетельствует ни о чем, кроме того,  что некто является сыном своего отца. Всякий, кто был способен назвать имена своих дальних предков, на основании этого голого факта, уже считался благородным, и потому имел вполне уважительную причину, чтобы не работать, прежде всего не заниматься физическим трудом. Таким образом почти 15% испанского населения признавались дворянами и уклонялись от какой-либо работы. Для Гойи они - самые натуральные ослы. Они роются в своих родовых книгах, а там - целые поколения ослов.

В XVIII веке социальная сатира распространилась необычайно широко, один из самых ярких ее представителей, Уильям Хогарт (1697-1764), запечатлел английские выборы, пагубные последствия алкоголя, и вынужденных браков по расчету. Но Хогарт всегда держит дистанцию: изображенные им сцены словно разыграны на театральных подмостках. У Гойи же рампа отсутствует, и зритель оказывается в гуще событий. Более чем дюжина листов посвящена мракобесию клириков - монахов, инквизиторов и священников. Его особенно возмущает, что церковь поддерживает суеверия. В глазах Гойи они ничем не отличаются от летучих мышей в Сне разума. 
Полет ведьм, 1797-98. Мадрид, Прадо

Герцогиня Осуна заказывает Гойе 6 полотен на тему колдовства. Просвещенная дама вряд ли могла в них верить, однако они были излюбленной темой для светских бесед.

При создании Капричос Гойя использовал не только гравировальную иглу. Медная пластина покрывалась слоем воска, на котором процарапывался рисунок. Далее медь подвергалась травлению кислотой, чтобы жидкость прошла сквозь царапины и углубила их. Эти углубления заполнялись краской. Офорт - искусство штриха. Чтобы получить темное пятно, художнику необходимо создать плотную сетку штрихов, однако в работах Гойи можно увидеть зоны, не заполненные штрихами - такой эффект достигается с помощью техники акватинты, разработанной во Франции тремя веками ранее. Для создания темных и светлых пятен пластину неравномерно посыпают металлической крошкой, а промежутки между ними травят кислотой, что давало при печати общий тон.

В 1799 Капричос поступили в продажу: их предлагали в парфюмерной и ликерной лавках на улице Десенганьо, дом 1, по цене 320 реалов за серию из 80 оттисков. Килограмм хлеба стоит 6 реалов, и, соответственно, цена офортов равнялась стоимости 53 килограмм хлеба. Не прошло и месяца, как Гойя приостановил продажу, вероятно, под давлением многочисленных персон. В 1803 году оставшиеся экземпляры, а также медные пластины Гойя подарил королю, который их передал в королевскую типографию. Там они находятся и поныне. В качестве ответного дара король пожаловал Гойе денежную ренты на содержание сына Хавьера. Второй раз серия была напечатана только в середине XIX столетия. Именно офорты, а не картины принесли Гойе общеевропейскую славу.



Описание Капричос:  Убежденный в том, что критика человеческих пороков и заблуждений, хотя и представляется поприщем ораторского искусства и поэзии, может также быть предметом живописания, художник избрал для своего произведения из множества сумасбродств и нелепостей, свойственных любому гражданскому обществу, а также из простонародных предрассудков и суеверий, узаконенных обычаем, невежеством или своекорыстием, те, которые он счел особенно подходящими для осмеяния и в то же время для упражнения своей фантазии. 
Поскольку изображенные в этом произведении предметы по большей части существуют только в воображении, художник смеет надеяться на снисходительность людей понимающих: ведь он не подражал чужим образцам и не мог следовать натуре. И если удачное воспроизведение натуры столь же трудно, сколь достойно восхищения, то нельзя не отдать должного и тому, кто полностью отвлекся от натуры и зримо представил формы и положения, существовавшие доселе лишь в человеческом сознании, омраченном невежеством или разгоряченном необузданными страстями. 
Нет нужды предупреждать публику, не вовсе невежественную в искусстве, что ни в одной из композиций этой серии художник не имел в виду высмеять недостатки какого-либо отдельного лица. Воистину, таланту было бы слишком тесно в рамках такой задачи, и средства, которыми пользуются подражательные искусства для создания совершенных произведений, получили бы плохое применение. 
Живопись (как и поэзия) выбирает из универсального то, что она почитает наиболее подходящим для своих целей, соединяет в одном вымышленном лице черты и обстоятельства, которые природа распределила среди многих, и из их искусственного сочетания получается то счастливое подражание (натуре), за которое хорошего мастера провозглашают созидателем, а не рабским копировщиком. 
Продается на улице Десенганьо, дом 1, в парфюмерной лавке, по цене 320 реалов за серию из 80 эстампов.
В первых своих письмах Гойя называет офорты «Диспаратес» - ерунда, чепуха. В качестве обложки в 1797 году Гойя выбирает лист «Сон разума рождает чудовищ», но позже меняет свое решение. Если изначально сборник подразумевает собой случайный набор сюжетов, то к 1796 году внутри серии складываются определенные повествовательные линии. «Капричос» получили широкую популярность в перегравировках. Такие листы выходили не только в Испании, но и во Франции.   

«Капричос» 
Автопортрет
02 «Они говорят "да" и протягивают руку первому встречном» 
Легкость с которой многие женщины соглашаются на брак, 

объясняется надеждой жить в нем более свободно, чем раньше.


Энрике Диес Канедо, испанский филолог и дипломат, отметил, что название этого листа отсылает к строчкам сатирического произведения «К Арнесту» Гаспара Ховельяноса, друга и современника Гойи
... Бездумно доверяя жениху,Не оценив его достоинств и пороков,Сказала «да» и руку отдаетТому, кто первый глянул на нее...
Эта параллель приводилась практически всеми исследователями творчества Гойи. И только в 1982 году Лопес Васкес отметил, что содержание листа является практически полной цитатой XI главы «Похвалы глупости» Эразма Роттердамского. Гойя, как человек Просвещения, стремящийся к энциклопедизму, составлял «Капричос» как некий философский труд. Вот почему круг источников его работ оказался столь разнообразен. Например, маска на новобрачной тоже не случайна: это символ двуличия, согласно Антонио де Коваррубиасу - автору эпохи Возрождения, чей сборник символов был у Гойи.  
  
03 «Бука идет!»
Пагубная ошибка в начальном воспитании: у ребенка вызывают страх перед несуществующим и заставляют его бояться буки больше чем отца. 

04 «Маменькин сынок»
Небрежное воспитание, потворство и баловство делают детей капризными, упрямыми, заносчивыми, жадными, ленивыми и несносными. Вырастая, они становятся недорослями. Таков и этот маменькин сынок. 

Первая часть альбома последовательно обличает проблемы общества: браки по расчету, глупость, порочное воспитание детей, распутство, лживость, суеверность, и т.д. Такой пафос вполне соответствует идеологии века Просвещения и распространенному тогда мнению, что искусство должно служить цели воспитания общества. Здесь Гойя изобразил маменькиного сыночка, уже бородатого, но все еще сосущего палец и одетого в детское платье и чепчик. Родитель, сгибаясь все ниже и ниже, продолжает тащить его на себе.


05 «Один другого стоит»
Немало было споров о том, кто хуже: мужчины или женщины. Пороки тех и других происходят от дурного воспитания. Распутство мужчин влечет за собой разврат женщин. Барышня на этой картинке так же безрассудна, как и щеголь, беседующий с ней, а что до двух гнусных старух, то они друг друга стоят. 
06 «Никто никого не знает» 
Свет - тот же маскарад. Лицо, одежда и голос - все в нем притворно. Все хотят казаться не тем, что они есть на самом деле. Все обманывают друг друга, и никого не узнаешь. 

07 «Он даже и так не разглядит ее» 
А как же ему распознать ее? Чтобы узнать ее как следует, мало лорнета. Нужен здравый смысл и жизненный опыт, а этого-то и не достает нашему бедняжке. 

Последовательный рассказ Гойи от проблем брака, воспитания детей переходит на взаимоотношения мужчин и женщин.  На этом листе перед зрителем предстает самодовольный щеголь, одетый по французской моде, который лорнирует даму, но так и не может понять, что перед ним представительница древнейшей профессии. Сидящая в удалении дама насмешливо смотрит на парочку. В уточнении к офорту из Прадо Гойя иронически добавляет: «А как же ему распознать ее? Чтобы узнать ее как следует, мало лорнета. Нужен здравый смысл и жизненный опыт, а этого-то и недостает нашему бедняжке». Вместе с тем этот лист, а также листы  «Оба хороши»,  «Тантал»,  «Брависсимо» рассматривают как скрытую внутри альбома шуточную серию аллегорий чувств. Подзорная труба, очки, лорнет и прочие оптические инструменты традиционно выступают символами зрения.      
08 «Ее похитили!» 
Женщина которая не умеет себя соблюсти, оказывается во власти первого встречного. А когда уже ничего не поделаешь, удивляется, что ее похитили.  
09 «Тантал» 
Если бы он был более учтив и менее назойлив, она, быть может, ожила бы. 
10 «Любовь и смерть»
Вот любовник в духе Кальдерона: не сумев посмеяться над соперником, он умирает в объятиях возлюбленной и теряет ее из-за собственного безрассудства. Не следует слишком часто обнажать шпагу. 
11 «За дело, ребята»
Их лица и одежда сами за себя говорят. 
12 «Охота за зубами» 
Зубы повешенного - чудодейственное средство для всякого колдовства. Без них ничего толкового не сделаешь. Жаль, что простонародье верит этим бессмыслицам. 

13 «Горячо»
Они так торопятся проглотить, что глотают кипящее. В удовольствиях тоже необходимы умеренность и воздержание. 

14 «Какая жертва!» 
Как водится, жених не из самых привлекательных, но он богат, и ценою свободы несчастной девушки нищая семья покупает благополучие. Такова жизнь. 

15 «Добрые советы» 
Советы достойны той, кто их дает. Хуже всего то, что сеньорита будет следовать им буквально. Горе тому, кто к ней приблизится! 

16 «Бог простит. Это была ее мать» 
Барышня покинула дом ребенком. Она училась ремеслу в Кадиксе и приехала в Мадрид, где ей повезло. Она отправляется в Прадо, и там грязная и дряхлая старуха просит у ней милостыню. Она прогоняет ее, старуха пристает. Щеголиха оборачивается и видит - подумать только! - что нищенка ее мать. 

17 «Он хорошо натянут» 
О, тетушка Курра не дура. Она отлично знает, как важно иметь хорошо натянутые чулки. 

18 «А у него горит дом»
Пока пожарные насосы не освежат его, ему никак не удается снять штаны и прервать беседу со светильником. Такова сила вина. 
19 «Все погибнут» 
Удивительно! Опыт погибших не идет в прок тем, кто стоит на краю гибели. Ничего тут не поделаешь. Все погибнут. 
20 »Вот они и ощипаны»
Раз их уже ощипали, пусть убираются, другие придут на их место 

21 «Как ее ощипывают!» 
И на цыпочек находятся коршуны, которые обдерут их до перышка 
Недаром говорят: как аукнется, так и откликнется. 
22 «Бедняжки!»
Пора наставить на истинный путь этих распутниц. Надо прибрать их к рукам. Слишком долго они были на свободе.

23 «Из той пыли …*» 
Безобразие! С такой порядочной женщиной, которая за гроши всем оказывала услуги, такой усердной, такой полезной – и так обойтись! Безобразие! 
* Название офорта - начало пословицы: «Из той пыли получилась эта грязь». Здесь можно понимать так: ничтожные поступки влекут за собой тяжелые последствия. Слово «пыль» означает также «порошки», в том числе и знахарские снадобья.

24 «Тут ничего нельзя было поделать» 
Эту святую сеньору жестоко преследуют. Огласив историю ее жизни, ей оказывают почёт. 
Но если это делают, чтобы устыдить ее, то зря теряют время. Невозможно устыдить того, кто не знает стыда. 

25 «Ведь он разбил кувшин» 
Сын - шалун, а мать вспыльчива. Кто из них хуже?
26 «У них уже есть на что сесть» 
Чтобы образумить легкомысленных девиц, нет ничего полезнее, чем надеть им стулья на голову. 

27 «Кто более предан?»
Ни тот, ни другой. Он - вертопрах в любовных делах, который всем женщинам говорит одно и тоже, а она занята мыслями о том, как ей разделаться с пятью свиданиями, которые она назначила от восьми до девяти, а сейчас уже половина восьмого. 

28 «Никому ни слова»
Превосходная мамаша для деликатного поручения. 

29 «Вот это называется читать» 
Никто не скажет, что он теряет время зря 

30 «Зачем их прятать?» 
Ответ очень прост: потому что он не хочет их тратить, а не тратит их потому, что, хотя ему уже исполнилось 80 лет и жить осталось не больше месяца, он все еще боится, что ему не хватит денег на жизнь. Столь обманчивы расчеты скупости. 

31 «Она молится за нее» 

И хорошо делает: да ниспошлет ей Бог удачу и избавит ее от зла, от лекарей - кровопускателей и от альгвасилов, и пусть она станет такой же ловкой, расторопной и готовой угодить всем, как ее покойная мамаша, Царство ей небесное. 

32 «За то, что она была слишком чувствительна»
На жизненном пути бывают подъемы и падения 

33 «Графу Палатинскому»
Во всех науках есть шарлатаны, которые все знают, ничему не учившись 

34 «Их одолевает сон»
Не надо будить их. Быть может, это единственное утешение несчастных 

35 «Она его гладко бреет» 
Его бреют чисто и с него сдерут шкуру. Сам виноват, что вверяет себя такому брадобрею. 

36 «Скверная ночь» 
Вот как плохо приходится гулящим девицам, которым не сидится дома. 

37 «А не умнее ли ученик?»
Не известно умнее ли он или глупее, но нет сомнения, что более важной, глубокомысленной особы, чем этот учитель, невозможно сыскать 

38 «Брависсимо!» 
Если для понимания довольно иметь длинные уши, то лучшего ценителя не найти; но как бы он не стал хлопать тому, что совсем плохо звучит. 

39 «Вплоть до третьего поколения» 
Это бедное животное свели с ума знатоки геральдики и родословных. Оно не одиноко. 

40 «От какой болезни он умрет?» 
Врач отменный, способный к размышлению, сосредоточенный, неторопливый, серьезный. Чего же еще желать? 


41 «Точь-в-точь» 
Он заказал свой портрет - и хорошо сделал. Те кто с ним не знаком и не видал его, все узнают по портрету. 


42 «Ты, которому невмоготу» 
Разве не ясно, что эти верховые суть верховые животные? 
* Название офорта - часть поговорки: "Ты, которому невмоготу, взвали-ка и меня на спину". 

43 «Сон разума рождает чудовищ»
Воображение, покинутое разумом, порождает немыслимых чудовищ; 
но в союзе с разумом оно – мать искусств и источник творимых им чудес. 


44 «Тонко прядут»
Они тонко прядут и сам черт не распутает тех нитей, которые они уготовят этим малюткам 


45 «Многое можно сосать»
Человек словно для того и рождается и живет на свете, чтобы из него тянули соки 

46 «Строгий выговор» 
Без выговоров и нравоучений нельзя преуспеть ни в какой науке, а ведовство требует особого таланта, усердия, зрелости, покорности и послушания Великому Ведьмаку, который ведает колдовской семинарией Бараоны. 


47 «Подношение учителю» 
Правильно делают: они были бы неблагодарными учениками, если бы не угощали своего наставника, которому они обязаны всей своей дьявольской выучкой. 


48 «Доносчики» 
Из всех видов нечисти наушники - самые противные и в то же время самые несведущие в колдовском искусстве. 


49 «Маленькие домовые» 
А вот совсем другой народец. Веселые, резвые и услужливые; немножко лакомки и охотники до шалостей; но все-таки это славные человечки. 

50 «Сурки» 
Тот, кто ничего не слышит, и ничего не знает, и ничего не делает, 
принадлежит к огромному семейству сурков, которые ни на что не годятся. 


51 «Прихорашиваются»
Иметь длинные когти настолько предосудительно, что запрещается даже нечистой силе. 

52 «Чего не сделает портной!»
Нередко приходится видеть, как смешной урод вдруг преображается в надутое ничтожество, пустое, но весьма представительное на вид! Поистине велико могущество ловкого портного и столь же велика глупость тех, кто судит по внешности. 

53 «Какой Златоуст!» 
Когда он говорит, он настоящий златоуст, а когда выписывает рецепты – настоящий ирод. 


54 «Стыдливый» 
Есть люди, у которых самая непристойная часть тела – это лицо, и было бы не худо, 
если бы обладатели таких смешных им злополучных физиономий прятали их в штаны 


55 «До самой смерти» 
Она прихорашивается – и очень кстати. Сегодня день ее рождения. 
Ей исполняется семьдесят пять лет. К ней придут подружки. 


56 « Верх и вниз» 
Фортуна очень плохо обращается с теми, кто с нею угодлив. 
Тому, кто с таким трудом взбирается наверх, она дает дым, а потом в наказание сбрасывает вниз. 

57 «Родословная» 
Здесь стараются обольстить жениха, показывая ему по родословной, кто ее родители, деды, прадеды и прапрадеды. А кто она сама? Это он узнает после. 

58 «Пропади все пропадом!» 
Кто станет жить среди людей, тому не избежать клистира. 
А если он этого не хочет, ему придется удалиться в леса и горы. 
И там он все равно убедиться, что жизнь – сплошной клистир. 

59 «А они все не уходят!» 
Тот, кто не задумывается над превратностями судьбы, спит спокойно среди опасностей; 
он не умеет уберечься от бед, которые ему угрожают, и любое несчастье застает его врасплох. 

60 «Первые опыты» 
Мало-помалу он продвигается вперед и уже делает первые шаги, а со временем он будет знать столько же, сколько его наставница. 

61 «Они взлетели» 
Этот клубок ведьм, который служит подножием щеголихе, вовсе ей не нужен, - разве что для красы. У иных в голове столько горючего газа, что они могут взлететь на воздух без помощи ведьм и без воздушного шара. 

62 «Невероятно!» 
Две ведьмы крепко повздорили, которая из них сильнее в бесовском деле. Трудно поверить, что Косматая и Кудлатая способны на такую потасовку. Дружба - дочь добродетели: злодеи могут быть только сообщниками, но не друзьями. 

63 «Какие важные персоны!» 
На картинке - два почтенных и сановитых ведьмака. Они выехали верхом, чтобы поразмяться. 

64 «Счастливого пути» 
Куда держит путь эта адская банда, завывающая в ночном мраке? При свете было бы нетрудно перестрелять всю эту нечисть. Однако в темноте их не видно. 

65 «Куда направляется маменька?» 
У мамаши водянка, и ей предписан моцион. Дай Бог, чтобы ей полегчало. 

66 « Пошевеливайся» 
Ну-ка, полегче! Вот ведьма верхом на Хромом бесе

67 «Погоди, тебя подмажут» 
Его посылают с важным поручением, и он торопится в путь, хотя его еще не успели подмазать как следует. Среди ведьмаков тоже встречаются ветреники, торопыги, нетерпеливые сумасброды без капли здравого смысла. Всюду бывает всякое. 

68 «Вот так наставница» 
Для ведьмы метла - одно из важнейших орудий: помимо того, что ведьмы - славные метельщицы, они, как известно, иногда превращают метлу в верхового мула, и тогда сам черт их не догонит. 

69 «Поддувает*» 
Наверное, в прошлую ночь был богатый улов младенцев. Готовится знатный пир. Приятного аппетита! 
* Буквально - дуть, поддувать, фигурально - доносить. 

70 «Благочестивая профессия» 
- Клянешься ли ты слушаться и почитать своих наставников и начальников, подметать чердаки, прясть паклю, бить в бубен, визжать, выть, летать, варить, подмазывать, сосать, поддувать, жарить - всякий раз как тебе прикажут? - Клянусь! - в таком случае, милая, ты уже ведьма. В добрый час! 

71 «Когда рассвет, мы уйдем» 
А хоть бы и вовсе не приходили: никому вы не нужны. 
72 «Тебе не уйти!» 
Конечно, не уйдет та, которая сама хочет быть пойманной. 

73  «Лучше бездельничать»
Если тому, кто больше трудится, достается меньше благ, то, право, лучше бездельничать. 

74 «Не кричи, дурочка!» 
Бедняжка Пакилья! Она пошла позвать лакея - и повстречалась с домовым. Не надо бояться: Мартинико в хорошем расположении духа и не причинит ей зла. 

75 «Неужели никто нас не развяжет?» 
Что это? Мужчина и женщина, связанные веревками, изо всех сил стараются освободиться и кричат, чтобы их скорее развязали? Если я не ошибаюсь, это жертвы насильственного супружества. 

76 «Поняли? Чтоб все было по-моему, слышите? А не то...» 
Этот болван воображает, что раз он носит кокарду и жезл, то он от природы выше других, и злоупотребляет доверенной ему властью, чтобы досаждать всем кто имеет с ним дело. Тщеславный, спесивый, наглый с теми, кто ниже его по положению, он гнет спину и пресмыкается перед теми, кто его сильнее. 

77 «Друг дружку» 
Такова жизнь. Люди издеваются один над другим и мучают друг друга, словно разыгрывают бой быков. 
Тот, кто вчера был на месте быка, сегодня – тореро. 
Фортуна правит фиестой и распределяет роли по своей прихоти. 

78 «Кончай скорее, уже просыпаются» 
Маленькие домовые - это самый услужливый и домовитый народец. Если служанка умеет их уважить, то они снимают пену с ольм, варят овощи, судомойничают, подметают и баюкают ребенка. Много спорили, не дьяволы ли они. Рассеем заблуждения. Дьяволы - это те кто причиняет зло или мешает другим делать добро, или кто вообще ничего не делает. 

79 «Нас никто не видел»
Что за беда, если эти маленькие домовые Мартинико спустятся в погреб и пропустят стаканчик, раз они работали целую ночь и до блеска начистили кран бочки? 

80 «Уже пора»
На рассвете разбегаются в разные стороны ведьмы, домовые, привидения и призраки. Хорошо, что это племя показывается только ночью и в темноте. До сих пор никто не сумел узнать, где они прячутся днем. Тот, кому удалось бы захватить логово домовых, поместит его в клетку и показать в десять часов утра на Пуэрта дель Соль, не нуждался бы ни в каком наследстве.



Они не улыбаются - Испанские женщины


Однажды герцогиня Альба посетила мастерскую художника и просила сделать ей грим. Гойя вспоминает в письме: «Конечно, это доставило мне большее удовольствие, чем писать ее на холсте». На социальной  лестнице испанского общества выше герцогини Альба была только королева. Случай с гримом, возможно, имел место в 1795 году. Тогда же Гойя написал портрет супругов Альба. Герцогиню выдали замуж в 13 лет, брак был бездетным. В 1796 году герцог скончался, и вдова, как того требовал обычай, удалилась в свое поместье - летнюю резиценцию Санлукар в Андалусии. Гойя последовал за ней.В Санлукане они провели несколько месяцев, и по поводу их отношений не сохранилось никаких письменных упоминаний. Только картины, гравюры и наброски. Никакую другую женщину Гойя не писал так много. И все его женские образы на эскизах того времени напоминают герцогиню Альба. 


Портрет герцогини Альба в черном, 1797. Мадрид, собрание герцога Альба

На герцогине костюм махи, а не модный французский туалет, как будто здесь изображена простолюдинка. Она указывает вниз, на песок под ногами, где начертана надпись Solo Goya - Только Гойя. На пальцах у герцогини - бриллиант, на котором выгравировано слово Альба, и золотое кольцо с отчетливыми буквами - Гойя. Портрет герцогини Гойя увезет с собой в Мадрид и будет беречь его. Еще раз образ Альбы появится в Капричос: она гордо поднимется в воздух, опираясь на спины трех отвратительных существ. Герцогиня скончалась спустя 5 лет после того, как Гойя написал ее в образе махи, тогда ей исполнилось всего лишь 40, и, не исключено, что умерла она не своей смертью, а была отравлена одной из многочисленных завистниц.
Маркиза де Солана, 1794-1795. Париж, Лувр

Поведение герцогини Альба, а также Марии-Луизы, которая оттеснила мужа, а любовника сделала первым министром, является исключительным, но все же отображает общую тенденцию. На протяжении многих веков испанские женщины из высшего общества зачастую жили в 4 стенах и считались бессловесными существами, которых следовало всячески оберегать и скрывать от посторонних взоров. Так было во всей Европе, но в Испании - особенно: сказались тенденции мавров, изгнанных с Иберийского полуострова 3 столетия назад. В эпоху Гойи медленно, шаг за шагом, происходит эмансипация. Вслед за итальянками замужние испанки, выходя из дома, отныне могут выбрать себе провожатого - любого неженатого мужчину, равного им по социальному положению. Женщины также имеют право устраивать и посещать «тертулии», или светские приемы, для представителей обоих полов. Ранее в публичной жизни они нередко существовали отдельно друг от друга. После реформы мадридского «Экономического общества» - так назывался мужской дискуссионный клуб - даже в нем появилась секция для женщин, и долгое время там председательствовала герцогиня Осуна.

Франсиска Сабаса-и-Гарсиа, 1804-1808. Вашингтон, Национальная галерея, собрание Меллона

Аристократки желали обрести самостоятельность не меньшую, чем у женщин низших классов, и поэтому в великосветских кругах началась мода на одежду махи. И когда женщины надевали мантилью, юбку до щиколоток и сетку на волосы, они не только демонстрировали свою приверженность Испании и всему испанскому, но и завоевывали себе свободу. Знатные мужчины чрезвычайно редко одевались в костюм махо. Зачем - ведь они итак имели все, чего их жены были лишены до последнего времени. Проявления женской эмансипации в XVIII веке испанцы называли «marcialidad», что можно перевести как «воинственность» или «готовность к бою». В XIX веке примером такой «воительницы» станет Кармен, испанская цыганка из новеллы Проспера Мериме и оперы Жоржа Бизе, оба они - французы.

Портрет графини Чинчон, 1800. Мадрид, Прадо

Многие женщины на портретах Гойи, будь то махи, графини или герцогини, хранят в себе искру «воинственности». Все чаще в произведениях Гойи фигурирует Селестина - литературный персонаж, придуманный Фернандо де Рохасом. В испанском обществе ее имя, как и Дон Жуан, тоже стало нарицательным. Селестина - сводня, она повсюду ищет состоятельных клиентов для своих подопечных, это противная старуха, торгующая молодостью и красотой.

Маха и Селестина, 1808-1812. Мадрид, собрание Бартоломео Марч

Гойя видел, что гражданская война и голод вынуждают многих испанок позабыть о женском достоинстве. Но самое страшное время было впереди: на офортах из серии «Бедствия войны» женщин убивают, и сами они становятся убийцами, связанные женщины лежат на тюремном полу и умирают от голода, солдаты небрежно стаскивают с повозок их мертвые тела, чтобы похоронить. И, если не принимать во внимание Уильяма Хогарта, то в 18 веке кроме Гойи не найдется, пожалуй, художника, который столь же разносторонне представил женщину в многочисленных проявлениях и жизненных ситуациях. Его женщины - не греческие богини, и не похищенные сабинянки, это не идеал красоты и не образец морали. Гойя изображал своих современниц, писал то, что видел, постоянно вызывая этим гнев и возмущение.


Маха обнаженная, 1797-1800. Мадрид, Прадо

Так произошло с картиной Маха обнаженная. В Испании любые изображения обнаженного женского тела были запрещены церковью и конфисковывались инквизицией. Задолго до Гойи Диего Веласкес написал обнаженную женщину - самую известную в испанском искусстве. Но это образ богини, а не портретное изображение - Венера перед зеркалом. В картине Гойи все наоборот: маха демонстрирует свое тело, убрав руки за голову, а не прикрывая ими интимные места, как это было принято в картинах прошлых эпох. Она не улыбается, держится уверенно и деловито. Она сама готова повергнуть в смущение кого угодно.

Маха одетая, 1800-1805. Мадрид, Прадо

Маха обнаженная была написана по заказу Годоя, министра и фаворита королевы. Позже художник пишет Маху одетую. Годую принадлежала и Венера Веласкеса. В 1815 году новый король Фердинанд VII отправит Годоя в изгнание и конфискует всю его коллекцию. За Маху обнаженную Гойя предстанет перед судом инквизиции и должен будет оправдываться. А то, что в обоих случаях Гойя изобразил герцогиню Альба, - чистая легенда.


Молодые дамы с письмом, 1812-1814. Лилль, Музей изящных искусств

Старухи и время, 1810-1812. Лилль, Музей изящных искусств
Надпись на зеркале: Как я выгляжу?

Среди женщин, написанных Гойей, нет его супруги, Хосефы Байеу. Она стала женой художника и родила ему 6 сыновей, 5 из которых умерли еще в детстве. Выжил только Хавьер. Ее брак с Гойей длился 40 лет. И все-таки в наследии художника есть одно изображение, который с уверенностью является ее портретом. Но это не картина, а рисунок углем. Гойя изобразил уже пожилую женщину и не анфас, а в профиль. Год спустя после смерти Хосефы к 68-летнему Гойе приезжает Леокардия Вайс. Ей 25, она бросила мужа и привезла двоих сыновей, чьим настоящим отцом, вероятно, был Гойя. Она останется с художником до самой его смерти. Свою новую спутницу художник напишет дважды: сначала - портрет, а потом, женщина похожая на нее, появится на одной из Черных картин в Доме Глухого, но документальные подтверждения отсутствуют. 

Портрет Хосефы Байеу (или Леокардии Вайс) ~1798 или 1814. Мадрид, Прадо
Махи на балконе, 1800-1814. Нью-Йорк, Музей Метрополитен.



Неизвестно зачем - «Бедствия Войны»

В 1807 году французские войска вторглись в Испанию и в следующем году достигли Мадрида. Гойе исполнилось 62. С приходом французов он попал в двойственную ситуацию, подобно многим либеральным и просвещенным франкофилам. С одной стороны, они от французов ждали необходимых реформ, а с другой - испытывали национальное унижение.

Восстание 2 мая 1808 года, 1814. Мадрид, Прадо

2 мая в Мадриде вспыхнул мятеж. Французского солдата сбросили с коня и едва не линчевали. В ответ французы потребовали расстрелять всех вооруженных испанцев - а в Испании почти все мужчины имели при себе нож. Свыше 400 простых граждан были схвачены на мадридском рынке, в утру 3 мая они были казнены. Эти зверства повлекли за собой восстания, послужив сигналом к освобождению страны. 

Гигант, 1808-1812. Мадрид, Прадо

Королем Испании Наполеон назначил своего брата Жозефа Бонапарта, а все должностные лица, в т.ч. и Гойя должны были присягнуть ему на верность. В 1810 году художник пишет портрет короля Жозефа для аллегорической картины, посвященной Мадриду. Он продолжает зарабатывать на жизнь портретами, но основной темой становится герилья - война, которую вели испанские партизаны против наполеоновских оккупантов. Такого накала ненависти и жестокости не знала европейская военная история. Гойя делает зарисовки: его альбомы переполнены сценами убийств, насилия и пыток. Эти сцены он перенесет на гравированные доски и выберет 82 эпизода для серии Дезастрес (Бедствия войны). В ней нет определенных политических симпатий: Гойя не спешит отстаивать идеалы Французской революции или прославлять героическую борьбу собственного народа.  Офорт «Какое мужество!», пожалуй, единственный, в котором отразилась тема героического подвига: молодая женщина встала у орудия после того, как все мужчины погибли. 

Какое мужество! 1810-1815, Офорт, акватинта
Полный список тут

 «Бедствия войны» часто воспринимаются как подлинное документальное свидетельство о чудовищных зверствах времен партизанской войны, хотя Гойя вряд ли видел ее собственными глазами, он видел жертвы. Он не репортер, и его серия в значительной мере плод воображения. Как и в серии  «Капричос», художник одержим страхами и навязчивыми образами. Женщины в  «Бедствиях войны» убивают  и умирают, но ни разу не предстают в отвратительном облике. Фантастические видения навеяны мужской ыантазией со всеми характерными для нее акцентами.

Тоже неизвестно, 1812-1815. Офорт, акватинта

Кладбищенская телега, 1812-1815. Офорт, акватинта


Канат может порваться, 1812-1815. Офорт, акватинта


Это еще хуже, 1812-1815. Офорт, акватинта

Возможно ли большее? 1812-1815. Офорт, акватинта


В 1813 году Наполеон с остатками своей  «Великой армии» уходит из России и терпит поражение под Лейпцигом. Жозеф Бонапарт покидает Мадрид, на трон садится сын Марии-Луизы и Карлоса IV - Фердинанд VII. Он сразу же принялся за реставрацию абсолютной монархии, возобновил инквизицию, освободил ее от налогов, вернул ей все старые владения и все прежнее могущество, а также стал инициатором политических репрессий. Страх перед репрессиями вынуждает многих покинуть страну. Но Гойя, который был в глазах Фердинанда предателем, остается. Гойя предлагает новому королю увековечить события восстания, а позже, по собственной инициативе пишет 6 портретов Фердинанда.

Обе картины -  «Восстание 2 мая 1808 года» и «Расстрел 3 мая 1808 года» написаны так, словно события в момент их свершения сразу оказались запечатленными на полотне.  Однако с тех пор минуло 6 лет и все происходящее на картинах - результат композиционного мышления Гойи. Он писал не документальную, а религиозную картину и людей, восставших против тирании, он показал из их как святых мучеников, создав своеобразную национальную икону в память испанского Сопротивления.

Расстрел 3 мая 1808 года, 1814. Мадрид, Прадо.

Но причины, по которым Гойя исполнил эти картины весьма прозаичны. Король милостиво назначил ему жалованье, но памятные картины велел отправить в хранилище, возвеличивание народа претило настроениям абсолютного монарха.


Пустое небо - «Черная живопись»


Освободительная война против французов переросла в гражданскую. На одном воюющем полюсе был король Фердинанд с церковью, на другом - сторонники конституции. Чувство безысходности становились всеобщими.


Автопортрет (в возрасте 69 лет), 1815. Мадрид, Музей Академии Сан-Фернандо
Король Фердинанд в королевской мантии, 1814. Мадрид, Прадо

Когда именно Гойя написал  полотна «Похороны сардинки» и «Трибунал инквизиции», нельзя установить точно. Оргиастический праздничный ритуал похорон разыгрывается на берегу Мансанареса, почти там же, где происходят пиршества в День святого Исидора. Но вместо веселой толпы здесь появляются беснующиеся танцоры в масках. А под масками, по ощущению Гойи, всегда скрывается ложь, таятся злобные намерения и демонические силы.


Похороны сардинки, 1812-1819. Мадрид, Музей Академии Сан-Фернандо

Картина трибунала свидетельствует о терроре, проводимом церковью. Изображен эпизод процедуры аутодафе - самозащиты подсудимого. Он публично отрекается от собственной ереси, а трибунал назначает ему наказание и вновь принимает в лоно церкви. В случае, если подсудимый не покается, он будет отлучен от церкви и сожжен на костре. И хотя в эпоху Гойи суды инквизиции уже не проводились публично, страх перед ними даже усиливался.


Трибунал инквизиции, 1812-1819. Мадрид, Музей Академии Сан-Фердинандо

В 1819 году Гойя создает произведение совсем иного рода: он пишет церковную картину, заказанную монашеским братством, создавшим  «Благочестивые школы святого Антония». Члены этого братства ратовали за улучшение образования и преподавали в школах для детей бедняков. Гойя всегда испытывал благодарность к святым братьям, он пишет  святого Иосифа Калазанского, умершего в 1648 г. Вопреки традиционным изображениям над головой Иосифа не витают фигуры Иисуса, Девы Марии и ангелов. Здесь отсутствует характер традиционного мистического видЕния: вместо небожителей представлены коленопреклоненные члены братства и священник.

Последние причастие Иосифа Калазанского, 1819. Мадрид, община  «Благочестивых школ»

Для монашеского братства он также написал картину «Моление о Чаше», изображающую Христа на Масличной горе. Художник изобразил Иисуса в момент отчаяния и одиночества - все его спутники и небесный ангел исчезают в темноте. Невольно напрашивается сравнение с фресковым циклом Гойи, созданным в самое счастливое для него время. Министр юстиции Ховельянос поручил Гойе расписать новую церковь Сан-Антонио де ла Флорида. Церковь была придворной, эскизы росписи не нуждались в одобрении со стороны Академии и духовенства, а королевская чета предоставила художнику полную свободу. 


Моление о Чаше, 1819.  Мадрид, община  «Благочестивых школ»

Чудо святого Антония, 1798. Фреска. Мадрид, церковь Сан-Антонио де ла Флорида

Темой для росписи стало «Чудо святого Антония»: его отца несправедливо обвинили в убийстве, и Антоний воскресил убиенного, чтобы тот назвал истинного преступника. Согласно преданию, чудо свершилось в судебном зале Лиссабона в 13 веке. Сцену воскрешения Гойя организовал по кругу в нижней части купола, это очень пестрая толпа в современных одеждах. На небе художник не изображает ангелов, они поставлены ниже, под куполом, в пространстве самой церкви, некоторые из них крайне женственны и носят крылья, настолько неудачно приделанные, как будто речь идет о постановке в театре. Образы небожителей становятся менее убедительными, хотя раньше Гойя, как и многие его предшественники, стремился наполнить их жизненной реальностью. Вовсе радикально художник обходится с фигурами библейских персонажей и святых, которые обычно располагались в купольном пространстве. Художник попросту избавился от них, оставив небо пустым. 

 Чудо святого Антония, фрагмент, 1798. Фреска. Мадрид, церковь Сан-Антонио де ла Флорида
  Чудо святого Антония, фрагмент, 1798. Фреска. Мадрид, церковь Сан-Антонио де ла Флорида
 Чудо святого Антония, фрагмент, 1798. Фреска. Мадрид, церковь Сан-Антонио де ла Флорида

Картины для  братства «Благочестивых школ» появились 20 лет спустя, в 1819 году. И ничего не осталось от прежних жизненных представлений автора. В этом же году Гойя покупает дом в окрестностях Мадрида на противоположном берегу Мансанареса. Художник отстранился от всех городских перипетий: будучи глухим, он не мог принимать в них участие. Особой причиной для переезда послужили отношения с Леокардией Вайс, молодой замужней женщиной, с которой Гойя, пожилой вдовец, имел «нежелательные связи». В 1813 г. она поселилась у Гойи, официально - в качестве экономки. 

Гойя и доктор Аррьета, 1820. Миннеаполис, Институт искусств

Место, где поселился Гойя прозвали «Quinta del Sordo» - «Дом Глухого». В конце года художник второй раз тяжело заболевает, его выхаживает друг, доктор Аррьета. Гойя подарил ему двойной портрет врача и пациента. После первой болезни, когда Гойя лишился слуха, он создал картины без заказа и на темы, которые никогда бы не затронул в заказанных произведениях. И теперь, во второй раз побывав на грани смерти, художник расписывает 2 комнаты своего нового дома. Так появилось 14 фантастических картин, не предназначенных для постороннего взгляда.


 Асмодей, 1820-1823. Мадрид, Прадо

 На стенах «Дома Глухого» рождается мир теперешнего Гойи. Некоторые персонажи и события на этих картинах имеют вполне узнаваемые прототипы. Например «Асмодей», злой дух из Ветхого Завета, олицетворение запретной любви, в Испании стал популярным благодаря роману 17 века. В одном из эпизодов он, как демон, витает над крышами Мадрида и указывает своему спутнику на целые толпы порочных горожан.


Поединок на палках, 1820-1823. Мадрид, Прадо

Двое мужчин, стоящих по колено в зыбучем песке, яростно колотят друг друга, но зачем? Ведь победителю вряд ли удастся сдвинуться с места. И куда он пойдет - кругом пустыня. 

Собака, 1820-1823. Мадрид, Прадо

Одинокая собака смотрит вверх. Никогда Гойя так явно не изображал пустоту и вопреки художественным традициям заставил на нее взглянуть. Десятилетием раньше, около 1809 года в Германии была написана картина, столь же радикальная по своей концепции - «Монах у моря» Каспара Давида Фридриха. Оба этих художника, каждый по-своему, выразили ощущение безнадежности и пустоты, они сумели изобразить ничто, намного опередив современный художественный процесс.

Атропос или судьба, 1820-1823. Мадрид, Прадо
Шабаш ведьм, 1820-1823. Мадрид, Прадо
Два старика вкушают суп, 1820-1823. Мадрид, Прадо

Так называемые «Черные картины» позднее были переведены со стен на холсты и ныне находятся в музее Прадо. Сравнение персонажей показывает, что многие имеют определенное сходство в мимике: широко распахнутые безумные глаза с огромными сияющими белками, а также орущие, жующие и зевающие рты. 


Сатурн, пожирающий своих детей, 1820-1832. Мадрид, Прадо 

Кошмарный характер имеет «Процессия в честь святого Исидора», поздний пандан к «Празднику в долине Сан-Исидро», написанному в период гобеленов. Тогда Гойя изобразил веселое общество в послеполуденный час, теперь - мрачных пилигримов, поющих в ночи. Те же сияющие белки распахнутых глаз, те же широко разинутые рты. Гойя их изображал гораздо чаще, чем остальные европейские художники. Открывать рот считалось неприличным в обществе, а с художественной традиции существовало негласное табу на такие изображения. 


Процессия в честь святого Исидора, 1820-1823. Мадрид, Прадо

Во многих своих картинах и офортах, созданных по собственной инициативе, Гоя изображает открытые рты, обнажая «нецивилизованную» часть человеческой натуры - обычно отождествляя ее с потерей контроля и непроизвольными действиями. Также распахиавются глаза в момент страшного испуга - лицо обреченных на смерть, в момент ярости, в момент религиозного экстаза.


Леокардия, 1820-1823. Мадрид, Прадо

«Черные картины» пронизаны глубочайшим скепсисом - и относительно учений Святой церкви, и относительно идей просветителей. Они пронизаны не только сомнением, но и отчаянием, в возможно и страхом перед злыми силами.

Ничто (Бедствия войны, лист 69), офорт, акватинта

Влечение к страху - бои быков


В то время как Гойя находился во власти призрачных видений, страна все глубже увязала в гражданской войне. В 1822 году либерально настроенные политики и генералы арестовали Фердинанда VII и взяли власть в свои руки, но год спустя королевские войска освободили Фердинанда. Вновь начались гонения на либералов, тысячи людей отправились в эмиграцию. В «Доме Глухого» Гойя не чувствует себя в безопасности, и чтобы ни одна из государственных инстанций не смогла отобрать у него дом, он дарит его своему 18-летнему внуку Мариано. В июне 1824 года художник иммигрирует. Официально Гойя не бежит из страны: дабы не потерять должность придворного живописца и жалованье, он упрашивает короля дать ему 6-месячный отпуск для улучшения здоровья. Гойя не вернется и последние годы проведет в Бордо.
Гойя сразу едет в Париж и проводит там некоторое время. В Бордо он селится вместе с Леокардией и ее сыном и дочерью. Он больше не берет заказов, портретирует друзей и делает эскиз, эскпериментирует с техникой литографии, изобретенной в 1796 году. Гойя использует литографию для своей новой серии из 4 гравюр - «Быки Бордо». 


Пикадор, сраженный быком, 1793, цинк, масло. Лондон, Британская железнодорожная пенсионная трастовая компания


Освоив новую технику 80-летний художник возвращается к теме корриды. На протяжении всей жизни Гойи короли то запрещали, то разрешали бои быков.

Смелость Мартинчо на арене Сарагосы (Тавромахия, лист 18), 1815-1816. Офорт, акватинта
Разделенная арена (лист из серии Быки Бордо), 1825, литография. Мадрид, национальная библиотека.

Всю жизнь Гойя был увлечен корридой. Еще в самом начале пути он изобразил себя участником изящной сценки с бычком. Между 1815 и 1816 годами, работая над серией «Бедствия войны», Гойя печатает еще 33 офорта, под общим названием «Тавромахия (Искусство корриды)». Гойя рассчитывает на успех, но напрасно, поскольку он предложил публике нечто совершенно иное, чем собрание увлекательных картинок с боями быков. Например, совсем непривычным образом в «Тавромахии» представлен известный тореадор Мартинчо, который сидя на стуле со связанными ногами собирается нанести быку смертельный удар.


Испанская забава (лист из серии Быки Бордо), 1825, литография. Мадрид, национальная библиотека
 Быстрота и дерзость Хуанито Апинани на арене Мадрида (Тавромахия, лист 20), 1815-1816. Офорт, акватинта
Несчастный случай на трибунах (Тавромахия, лист 21), 1815-1816. Офорт, акватинта

К лучшим произведениям последних лет принадлежит «Молочница из Бордо». Фигура изображена в голубых одеждах. Со времен Средневековья Марию изображали в голубых одеяниях. Этот цвет надолго исчез из палитры Гойи, но в конце жизни художник вновь использует его. На этом пути Гойя достигает такого колористического воздействия, к которому позднее будут стремиться импрессионисты.


Молочница из Бордо, 1825-1827. Мадрид, Прадо

Биография


1746 в  деревне Фуэндетодос близ Сарагосы родился Франсиско Гойя. Там же он провел детство и получил первые навыки живописного мастерства. В 1760-е художник дважды участвует в конкурсе королевской Академии художеств в Мадриде и оба раза - безуспешно
1770 поездка в Италию:на конкурсе пармской Академии Гойя удостоился почетного упоминания
1771 возвращается в Сарагосу и получает первые заказы от церкви
1773 женится на Хосефе Байеу, сестре успешного мадридского живописца Франсиско Байеу, но остается в Сарагосе, выполняя фрески для приюта Аула Деи
1774 королевская ткацкая мануфактура Санта-Барбара заказывает Гойе серию эскизов для гобеленов, художник переезжает в Мадрид
1775 Гойя пишет веселые сценки для тканных картин, начало профессиональной и социальной карьеры Гойи
1780 Гойю единогласно избирают членом королевской Академии художеств Сан-Фернандо
1783 граф Флоридабланка заказывает Гойе портрет, примеру графа последовали другие представители знати, Гойя становится модным портретистом
1784 у художника рождается сын, Франсиско Хавьер, единственный ребенок Гойи, который пережил отца
1786 Гойя получает должность королевского живописца с годовым жалованьем в 15000 реалов
1788 умирает король Испании Карлос III, королем становится Карлос IV
1789 Гойя - придворный живописец, начало Великой французской революции
1792 последние эскизы для гобеленов, пребывание в Андалусии и тяжелая болезнь, приведшая к потере слуха. Во Франции провозглашена республика, в Мадриде первым министром становится Мануэль Годой
1793 Гойя возвращается в Мадрид. В Париже король Людовик XVI и Мария Антуанетта приговорены к гильотине, Франция объявляет войну Испании
1795 Гойя становится директором королевской Академии художеств. Выполняет портрет герцогов Альба, спустя год графиня станет вдовой. Годой подписывает позорный мир с Францией. Наполеон Бонапарт избран главнокомандующим французской армией
1796-97 пребывание в Андалусии: несколько месяцев Гойя проводит в поместье герцогини Альба, приступает к работе над Капричос. Испания заключает военный союз с Францией против Англии
1798 портрет либерального министра Ховельяноса, фрески для церкви Санта-Мария де ла Флорида
1799 печатает серию Капричос. Король назначает его первым придворным живописцем с годовым жалованием 50000 реалов. Наполеон Бонапарт совершает государственный переворот и становится первым консулом Французской республики
1800 Гойя пишет групповой портрет семейства Карлоса IV
1802 внезапная и таинственная кончина герцогини Альба
1804 коронация Наполеона
1806 у Гойи родился внук Мариано
1807 французские войска вторглись в Испанию
1808 Годой изгнан, Карлос IV отрекся от престола, его преемник Фердинанд VII вынужден покинуть Испанию. 2 мая вспыхивает восстание в Мадриде, начинается испанская освободительная война, которая продлится 5 лет
1810 Гойя приступает к серии Бедствия войны и пишет портрет короля Жозефа Бонапарта
1812 смерть Хосефы Байеу, год спустя к художнику переезжает Леокардия Вайс с 2 детьми
1814 после падения Наполеона в Испанию возвращается Фердинанд VII, Гойя создает 2 исторические картины, посвященные восстанию. Художник оправдывается перед инквизицией за непристойную картину Маха обнаженая, найденную в коллекции Годоя
1816 Гойя печатает серию из 33 офортов - Тавромахия
1819 За 60000 реалов Гойя покупает дом, второй раз художник тяжело заболевает
1820-23 художник расписывает стены своего дома - Черные картины, много занимается гравюрой. Фердинанд жестоко репрессирует либералов
1824 Гойя получает разрешение от короля поехать во Францию с целью поправки здоровья. Вместе с Леокардией Вайс он сначала едет в Париж, а потом в Бордо
1825 напечатана серия литографий Быки Бордо
1826 на короткое время Гойя возвращается в Мадрид, чтобы обратиться к королю с прошением о денежном довольствии, на которое он может претендовать, будучи придворным живописцем. Ему жалуют 50000 реалов
1827 художник второй раз посещает Мадрид, и по возвращении во Францию пишет Молочницу из Бордо
16 апреля 1828 Франсиско Гойя умирает в Бордо. В 1901 его останки были перевезены в Мадрид, в 1929 - урну с прахом поместили в церкви Сан-Антонио де ла Флорида, расписанной им самим



***

Для подготовки данного материала были использованы следующие издания: «Гойя. Серия офортов на причудливые сюжеты "Капричос"», Центр Рой 1992; Роз-Мари и Райнер Хаген «Гойя», Taschen 2007; Лион Фейхтвангер «Гойя, или тяжкий путь познания»,  1985;  «Капричос. Гойя и Дали», Рип-Холдинг, 2017.

Комментариев нет:

Отправить комментарий